– Да… В Квартуме брожения. Не уверена, что обо всем этом можно говорить за пределами Оси… Никому, поняла? В общем, в главный медцентр привезли какую-то девчонку, и с ней что-то неладно. Какая-то очень редкая болезнь. А у Парра же карта с высшим доступом, он везде пройдет! Ну, я в шутку ему сказала: вот бы пойти и посмотреть! А он не только согласился, его теперь не отговорить. Хочет, наверное, покрасоваться, какой он всесильный, что его никакая болезнь не возьмет… А если он ее подхватит? Всех нас тут заразит… Слушай. – Хенна нахмурилась и, оправив платье, заговорила тише и серьезнее: – Не говори об этом никому. Пожалуйста. Очень тебя прошу. И обо мне, и о Парре тоже. Если пойдут слухи, что я с ним немного… нечестна, то будет плохо всем. С ним нельзя ссориться. Договорились?

Мора повела плечом. Рассказывать ей было некому.

– Я и Ри с Талой не говорила, – призналась Хенна. – Вообще, если честно, я ни с кем не говорила вот так. Ну… откровенно.

Она осторожно улыбнулась, но Мора не отвечала. Она все никак не могла разобраться, искренно говорит Хенна или нет. Но вид у Хенны был и правда пришибленный. Как будто признание далось ей с большим трудом. Если так, то, может, стоит ей поверить?.. В конце концов, неясно, что Мора подслушала в той беседке. Ей показалось, что Парр собрался к кому-то лезть, и в историю Хенны это слово вполне укладывалось. Да и почему Мора решила, что речь не о той больной девушке? И почему обязательно в романтическом смысле?

Хенна встала на ноги и обмахнула платье.

– Просто подумай. А я пойду. Тебе, наверное, нужно отдохнуть… Вызовешь рику? Скоро ужин.

Про еду Мора вообще не думала.

– Моя карта, похоже, у Парра, – вспомнила она.

– Он ее забрал? – Хенна закатила глаза. – Вот придурок. Не волнуйся, я ее заберу. И рику тебе сейчас вызову. А ты отдыхай. Нечего тебе таскаться по этажам после обмороков.

Она шагнула к двери, но обернулась и бросила:

– Кстати, слышала дикую новость?

Хенна снова улыбалась широко и уверенно – то ли неудобный разговор подошел к концу, то ли играть больше было не нужно.

– Дикую? – переспросила Мора.

Диких новостей на сегодня уже, пожалуй, хватит…

– Ага. Там в саду у центрального храма нашли двух мертвых черепах. А сад же огромный, рядом ни одной магистрали… И ветки над ними переломаны.

Мора насторожилась.

– И знаешь, что говорят? Что это был подпольный эксперимент, что кто-то пытался заставить этих черепах летать по-настоящему, пробовал какие-то запрещенные препараты… Но все провалилось. Не полетели. – Хенна развела руками. – Все, я пошла. Чтобы завтра как огурчик была, ясно?

Когда дверь за Хенной закрылась, Мора наконец выдохнула. Две черепахи. Ни одной магистрали. Ветки. Ица! Ица и Рей, их челноки…

Глава 18. Не жизнь, а медовый пудинг

Без мобуса Мора чувствовала себя как без рук. Она не знала, где искать этот главный храм и как он выглядит, не могла вызвать себе челнок, не могла даже просмотреть сводки новостей. О том, что расписание лекций на завтра она тоже не знает, Мора старалась не задумываться – перед глазами вставало суровое, бесстрастное лицо госпожи Ли, которая пугала ее Третьим кольцом, и Море становилось тошно. Ну почему, почему ей нельзя было переехать на Первое и просто учиться, как все?..

Но Хенна не возвращалась, и непонятно было, обманула она или никак не может договориться с Парром. Может, ей пришлось пойти на особые уступки, чтобы выпросить обратно карту? Это могло занять время… В конце концов Мора потеряла терпение и вылетела из комнаты.

Ей предстояло разобраться, правда ли на остров прибыли пришельцы и правда ли Бездна совсем не пустая. Ведь если все действительно так, то что будет тогда?

Быстрый путь до учебного корпуса вел через двор и внутренний сад. Уже почти совсем стемнело, и Мора поежилась: ночь опускалась прохладная, совсем не подходящая для ее летнего платьица. Интересно, какие на Первом кольце зимы? После фестиваля Синей звезды на Втором сезоны сменялись как по щелчку пальцев, и по утрам террасы стояли седые, схваченные первым инеем. Здесь же воздух был теплее, как будто Первое было гигантской оранжереей, но в том, что зима скоро начнется и здесь, сомневаться не приходилось.

Перебегая прямо через газон, Мора никак не могла надышаться ароматным вечерним воздухом. Совсем рядом шумела магистраль, издалека доносились взрывы хохота и оживленные голоса, под туфлями мягко шуршала ровно подстриженная, упругая трава, а окна учебных корпусов и стеклянные шпили жилых башенок светились на фоне темно-сиреневого неба. В саду никого не было; казалось, все сущее отступило назад, оставив Первое кольцо Море.

До чего же хочется здесь остаться! Как подумаешь о том, что ее могут выкинуть обратно на Второе или, хуже того, сослать и ее, и всю ее семью на Третье – и голова идет кругом…