Читаем Красавица полностью

– Еще бы! – продолжала тем временем госпожа Тааре. – Такой переезд… Маккус, конечно, хам, но сказал он чистую правду: большинство прошений отправляется в мусорное ведро. Но…

Она подхватила с кресла форменное платье Моры и встряхнула его.

– Надо будет попросить его отпарить, – заметила она. – Ну да не беда. Успеется. Я вот в чем хотела тебе признаться…

Она посерьезнела. Мора неуклюже стояла посреди комнаты, и туфли ее утопали в мягком ворсе ковра. Казалось, стоит сойти с места, и вся эта роскошная обстановка пропадет.

– Понимаешь, до тебя уже переводили нескольких парней и девушек. В разное время, разумеется, – объяснила госпожа Тааре, устало потирая виски. – И большинство… фальсифицировали свои увечья. Хотели обманом получить место на Первом кольце. А потом, когда их обман вскрывался, они предлагали токки. И не просто токки – огромные деньги, каких не было у всех их родных. Одна предложила своего братишку… Представляешь? Сказала, что его можно разобрать на органы – мол, он такой здоровый, такой отличный, как она его назвала, «объект»!

Мора поежилась, тут же представив на месте этого мальчонки Зикку. Только вот как бы она ее ни недолюбливала и что бы ей ни предложили взамен, забрать ее в медцентр она бы не позволила ни за что на свете. Но неужели и на Первом практикуют эти жуткие «разборки»? Мобус говорил, что такими вещами промышляют на Третьем – продают друг друга от нищеты или по глупости попадают в сети мошенников.

– Конечно, медицина на Первом устроена совсем по-другому. А если бы и не была… Места на Первом кольце не продаются. Ну а ты… ты даже платье не надела, – снова улыбнулась госпожа Тааре. – Как будто ты сюда и не собиралась. Как будто вообще сюда не хотела. Я правильно тебя поняла?

Мора отвела взгляд, а госпожа Тааре, будто не ожидая ответа, улыбнулась:

– А я ведь тебе не представилась! Ну что ж… Запоздало или нет – разве важно? Меня зовут Кайя. Обычно меня зовут госпожой Тааре, но ты можешь и по имени.

Мора коротко кивнула, но поняла, что по имени она госпожу Тааре называть не посмеет. Слишком уж совершенное у нее для этого лицо, слишком точеная фигура, а платье – из обманчиво простой матовой ткани без единого украшения… Вот бы Зикка удивилась, узнав, что изящное и дорогое вовсе не должно быть цветным и блестящим. А в том, что платье это стоит немало, Мора не сомневалась: рядом с ним красная форма смотрелась не богаче носового платка.

– Я сенатор Квартума от Первого кольца, – помедлив, объяснила госпожа Тааре.

Мора вскинула взгляд:

– Квартума?

Не может быть. Все это время с ней говорила сама сенатор…

– Квартума. – Госпожа Тааре снова улыбнулась, и вместе с губами засмеялись и ее глаза.

Сиреневатая радужка, вся в мягких теплых крапинках, обведена темно-синим. Да, эти глаза меняли, но переделка выполнена так осторожно и естественно, что сразу ясно: операция стоила целое состояние.

– Значит, остальные… – пробормотала Мора.

В Квартуме заседают четверо. Четверо же встречали и ее: госпожа Тааре, мужчина в синем костюме, священник и татуированный старик. Мора знала, что сенатор от Второго кольца – мужчина. Но у мобуса не хранилось его изображений, и можно было только предполагать, кто из них кто. Явно не священник, потому что он, без сомнений, представлял Ось. Значит, или странный татуированный старик, или мужчина в синем костюме.

Знала бы мама, какую встречу устроили ее дочери, она бы заставила уличный алтарь своими свечками так, что для других не осталось бы места. Такая честь! Но Мора только сжалась. Да, ее случай особый, и Его Святейшество сам сказал: времени на проверку ее документов не было. Да, наверх почти не переводят, а это значит, что она – из счастливых исключений. Но встречать какую-то девчонку всем Квартумом, в полном составе? Не посылать секретарей или уполномоченных лиц? Не воспользоваться голографической связью, чтобы посмотреть на новую студентку дистанционно? Или им действительно хочется в конце концов отправить ее на тесты в лабораторию?.. А ведь этот Маккус предлагал ее запереть.

– Давай-ка присядем, – предложила госпожа Тааре и опустилась на диван.

Мора задумчиво сдвинула разложенное на кресле платье и устроилась с краю. Госпожа Тааре наклонилась и скинула туфли.

– Не возражаешь? Очень уж ноги от каблуков устают. При Его Святейшестве я такого себе, конечно, позволить не могу. Он подобных вольностей не ценит.

Мора пожала плечами, разглядывая ее туфли – с аккуратным округлым носком и невысоким, но изящным каблучком. Казалось, эта обувь создана из единого куска материала: ни шва, ни склеек. И стоила она, наверное, больше, чем Морин отец зарабатывал за пол-оборота на своей фабрике.

– Прежде всего… Ты, наверное, ломаешь голову над вопросом, почему в первый свой день на Первом кольце уже увидела весь Квартум. Поверь, я совершенно не хочу тебя уязвить! Но твоя внешность особенная. И дело здесь не в том, чем именно, а в самом факте. Твое лицо отличается от остальных. Можно сказать, боги сравняли всех нас, наделив одинаковыми лицами, но ты… Скажи, Мора, ты ходишь в храм?..