Читаем Красавица полностью

— Пошли, отдохнем немного, — предложил Ферди, когда они остались одни, не считая Бетси и его грума Норберта, которые маячили на небольшом расстоянии.

— Все идет хорошо? — спросил он.

— Да, ваши сестры такие милые. Я знаю, это они устроили мне приглашения в Алмак. Мама согласилась пойти, потому что, как она подчеркнула, это всего десять недель. Кажется, Диане не понравилось, когда она узнала, что у меня не будет первого бала, но я чувствую, что приглашения более чем компенсируют эту потерю, — сказала Гарриет с большей откровенностью, чем обычно. С Ферди она не ощущала барьеров, которые воздвигала теперь вокруг других людей. Нельзя все время быть сорванцом, особенно в обществе.

— Без первого бала? — удивился Ферди, заострив свое внимание на том, что вызвало его негодование. — Я не могу понять, почему.

— Ну, пока вы не взяли меня под свое большое крыло, я не представляла ничего, стоящего таких затрат.

— Я видел, как самым некрасивым девушкам устраивали балы, а ты далеко не такая! — вскричал Ферди.

— Продолжим? — предложила Гарриет, не желая обсуждать различные балы, данные в честь выхода в свет некрасивых девушек.

— Должен сказать, что у тебя, кажется, природная способность к стрельбе, — заявил Ферди после того, как она пустила достаточно много стрел, каждый раз поражая мишень, хотя и не попала больше в яблочко.

— Возможно, это моя любовь делать все на свежем воздухе, а не запираться в доме, — признала она.

— Эмма сказала, что ты собираешься петь в следующий четверг на ее музыкальном вечере. Я надеюсь, что ты не волнуешься по этому поводу.

— Вы тоже? Диана сказала мне то же самое. Я пою, а они слушают. Если они получат удовольствие от моего голоса, прекрасно. Я не собираюсь волноваться, — улыбнулась Гарриет своему другу.

В этот момент, когда Гарриет собиралась пустить еще одну стрелу, на стрельбище появилась группа людей. В ее центре был чрезвычайно полный джентльмен, облаченный в необыкновенно щегольской зеленый наряд. Гарриет вытаращила на него глаза, вовремя закрыв рот.

— Кто это? — прошептала она.

Ферди не сумел ответить ей, снимая шляпу и низко кланяясь приближающемуся джентльмену, одновременно шепча Гарриет:

— Реверанс!

Не будучи глупой, Гарриет опустилась в глубоком реверансе, вспомнив, что Ферди рассказал ей о членстве принца Уэльского в клубе любителей стрельбы из лука. Она просто не могла поверить, что он такой толстый. Хорошо, что она могла опираться на лук, поскольку группа остановилась перед ними.

— Наслаждаетесь стрельбой на солнышке, Ферди? — спросил принц. — А кто эта юная волшебница, можем мы узнать?

— Разрешите представить мисс Гарриет Мейн, ваше королевское высочество, — ответил Ферди. Потом добавил: — Она учится стрелять и кажется очень способной, попала в золото со второй попытки.

Гарриет метнула угрожающий взгляд на Ферди, но ничего не сказала, только невнятно пробормотала об удовольствии от встречи с королевской особой.

— Очаровательно, — сказал его королевское высочество, рассматривая Гарриет так, словно собирался купить ее. Так, по крайней мере, она чувствовала. — Она не только хорошенькая, у нее и собака под цвет волос. Мы бы сказали, что это чертовски умно с ее стороны, — он хмыкнул, потом обернулся к сопровождающим: — Чувствую, что когда-нибудь мы будем приветствовать женщин в наших рядах как искусных лучников.

— Верно, сэр, — ответил Ферди, на удивление непринужденно разговаривая с первым джентльменом Европы, как его часто называли.

— Покажите нам, дорогая, способность Ферди как учителя, — велел принц.

Усмиряя негодование от того, что с ней заговорили так, будто она была какой-то тупицей, Гарриет приняла стойку, подняла лук, тщательно укрепила стрелу и оттянула тетиву, молясь про себя, подержала ее миг и потом пустила стрелу в цель.

— Можешь открыть глаза, потому что снова попала в золото, — тихо проговорил Ферди с таким торжеством в голосе, словно это он сам поразил центр мишени.

— Великолепно! — воскликнул принц. Повернувшись к своему сопровождению, он сказал: — Вот перед вами женщина с возможностями.

Они по обязанности засмеялись над его шуткой, потом пошли в другой конец стрельбища, где приготовились стрелять.

— Сомневаюсь, что стрельну лучше, по крайней мере, сегодня, — сказала Гарриет, когда снова смогла нормально дышать.

— Мы сделаем из тебя истинного токсофилита, любителя стрельбы из лука, — тихо, но горячо заявил Ферди. — А с твоей послушной собакой ты создашь себе репутацию.

— Вы не думаете, что разговоры о сегодняшнем дойдут до других? — забеспокоилась она.

— Конечно, — с отвращением сказал Ферди. — Принц-регент великий сплетник. Не сомневаюсь, что к завтрашнему дню слух о твоем чудесном успехе будет известен всему Лондону — во всяком случае, в той его части, с которой следует считаться.

— Это хорошо или плохо? — захотела узнать девушка, прижимая к себе лук, словно защищаясь им от возможного зла.

Ферди не знал, как ответить на ее вопрос. Все зависело от того, что скажет Принни и как он будет рассказывать об этом случае. Общество могло смеяться над своим толстым принцем, но он все еще имел влияние.