Читаем Крах СССР полностью

Кратко изложу свой личный опыт, связанный с прохождением закона. В мае 1991 г., когда уже были готовы законопроекты о приватизации в СССР и РСФСР, премьер-министр В. Павлов поручил Аналитическому центру АН СССР, где я работал, организовать их экспертизу, а дирекция поручила мне руководить рабочей группой. По вопросу уже была богатая литература, хорошо изучен опыт приватизации в Польше и Венгрии, сделаны прогнозы и о том, что произойдет в СССР.

Готовя в Аналитическом центре доклад с анализом законопроекта о приватизации, мы обсуждали с экспертами все стороны дела, последствия применения всех статей будущего закона. И потом не раз приходилось удивляться, насколько верны были их прогнозы. Специалисты из МВД даже знали уже, как и кому будут распродаваться запасы ценных сплавов, материалов и оборудования с приватизированных заводов.

Для сообщения выводов из нашего доклада меня вызвали на заседание Комитета по экономической реформе Верховного Совета СССР, последнее перед голосованием по закону о приватизации. Дали мне слово в самом конце долгого заседания, на 5 мин. Все у них уже было решено, глаза блестели, речи были возбужденными — предвкушали эпохальное ограбление страны.

М.С. Горбачева представлял элегантный молодой человек, он только сказал, что «президент просит провести закон срочно, без проволочек». Я за 5 мин смог изложить только самые главные выводы — об экономических, технологических и криминальных последствиях такого закона. Мне засмеялись в лицо, даже спорить не стали — все это было досконально известно собранию из депутатов, академиков и высших чиновников. Мне даже на момент показалось, как в страшном сне, что я попал по ошибке в банду и бандиты смеются моей ошибке. Вдруг вижу милиционера, кидаюсь к нему, а он тоже смеется — он тоже бандит. Промелькнуло тогда в мозгу такое видение.

После завершения приватизации Е. Боннэр издевалась: «Главным и определяющим будущее страны стал передел собственности. У народа собственность так и ограничится полным собранием сочинений Пушкина или садовым домиком на шести сотках. И, в лучшем случае, приватизированной двухкомнатной квартирой, за которую неизвестно сколько надо будет платить — многие не выдержат этой платы, как не выдержат и налог на наследство их наследники. Ваучер не обогатит их, может, с акций когда-нибудь будет хватать на подарки внукам». Ну что ж, может, внуки будут умнее…

Подготовка приватизации на последнем этапе проводилась совместной бригадой экономистов из окружения Б. Ельцина и эмиссаров из США. Эта работа сопровождалась столь крупномасштабной коррупцией, что против ряда ведущих американских консультантов дома были возбуждены уголовные дела. Газета «Завтра» перепечатала из американского журнала Nation подробности этой операции. Не будем здесь говорить о подробностях, а напомним следующее.

В статье говорится: «На протяжении позднего лета и осени 1991 г., когда советское государство разваливалось, гарвардский профессор Джеффри Сакс и другие западные экономисты участвовали во встречах на даче под Москвой, где молодые проельцинские реформаторы планировали российское экономическое и политическое будущее. Сакс вошел в команду с Егором Гайдаром, первым ельцинским архитектором экономических реформ, для продвижения плана «шоковой терапии», направленной на быстрейшую ликвидацию большей части контроля над ценами и субсидий, которые на протяжении десятилетий поддерживали жизнь, советских граждан. Шоковая терапия привела к большему шоку, а не к меньшему, к гиперинфляции, достигшей 2500 процентов, — а не к терапии. Одним из ее результатов стало испарение большей части потенциального инвестиционного капитала— значительных сбережений россиян…

Когда им было это удобно, Шлейфер, Хэй и другие основные гарвардские сотрудники, все граждане США становились «русскими». Хэй, к примеру, попеременно, а иногда одновременно работал в качестве контрагента по распределению помощи, менеджером других контрагентов и представителем российского правительства… Если же люди из окружения Чубайса попадали под огонь за злоупотребление выделенными финансовыми фондами, они могли утверждать, что решения принимались американцами. В свою очередь, западные доноры могли настаивать, что русские действовали сами по себе» [28].

Приватизация и уничтожение СССР как ее прямое следствие породили глубокий раскол между большинством населения и государством, В обзоре результатов общероссийского исследования «Новая Россия: десять лет реформ», проведенного Институтом комплексных социальных исследований РАН (2001), говорится: «Проведение ваучерной приватизации в 1992–1993 гг. положительным событием назвали 6,8 % опрошенных, а отрицательным 84,б%» [55].