Читаем Крах полностью

– Я ведь уже несколько лет работаю под руководством Конни Ландина. Он всегда казался мне пассивным и туповатым, но когда я в очередной раз прокручивала все это в голове, то поняла, что его действия за последние несколько месяцев не назовешь ни пассивными, ни тупыми. Напротив, он сознательно и целенаправленно препятствовал следствию. Я поставила все на одну карту, обратилась в отдел внутренних расследований, попала на прием к своему бывшему сопернику Лейфу Эскильссону, рассказала все как есть – правда, вас, конечно, не упоминала.

– Уж не знаю, как и благодарить, – пробурчал Бергер. – Но как ты нас нашла? Как вышла на тот дом? На этот чертов остров Даларё?

– Я не знала, вдруг вас Радослав Блок тоже держит на мушке, – сказала Ди. – Я не решилась с вами связываться, даже с надежного телефона. Но я поговорила с Кейтом, он сказал, что вы что-то раскопали, какие-то там братья Дальбери. Мне дали команду, мы сидели на парковке недалеко от эллинга, пока вы не отправились в путь сегодня утром. Мне кажется, Сэм, ты был не одет, когда садился в машину.

– Вполне возможно, – подтвердила Блум, совершенно нейтральным тоном.

Ди продолжала:

– Когда я пришла в отдел внутренних расследований, оказалось, что я попала в разгар операции. Там уже все закрутилось. Талантливый молодой следователь из отдела заметил, что Конни Ландин из НОУ специально разделил несколько дел, которые, очевидно, должны расследоваться вместе – так называемые пляжные убийства. Лейф Эскильссон поддался на его уговоры и отправил сотрудника своего отдела, Эрьяна Брууна, внедриться в команду Ландина. Конни решил, что он может вертеть Эрьяном как захочет, и поставил его во главе расследования убийств топором, чтобы контролировать и это дело тоже.

– Погоди, – перебил ее Бергер. – Этот тот самый Эрьян, на которого ты жаловалась? Который занял твой кабинет? Тридцатилетка?

– Да. Эскильссон подослал Эрьяна, чтобы следить за Ландином. И поначалу ему это удавалось. Он, например, быстро понял, что за игру ведет Конни, и дал мне возможность вести расследование параллельно с намеренно гнилой следственной линией Ландина. Но со временем Эксильссон засомневался. Чем там, собственно, занимался Эрьян? Что-то было странное в его отчетах. Может, у Эрьяна какой-то свой интерес? Расследование убийств топором также застопорилось, при этом Эрьян ни на шаг не приблизился к Ландину. Отдел внутренних расследований зашел в тупик – нелегко шпионить за собственным шпионом. Если, конечно, не подключить внешние ресурсы.

– Но ты не внешний ресурс, Ди, – возразил Бергер. – Как бы ты ни была отстранена, но внешним ресурсом ты не являешься.

– Ты прав, – сказала Ди. – Но я знаю двух таких человек…

– Что, черт возьми…

– Если ты сейчас начнешь ворчать, мы больше не друзья, – весело произнесла Ди. – Я открыла для вас двери прямо к Конни Ландину и Эрьяну Брууну.

– Что значит открыла двери?

– Они сейчас сидят каждый в своей допросной в самом отдаленном уголке Главного управления. Вы будете их допрашивать или нет?

– Господи, – вздохнул Бергер.

– Кстати, я больше не отстранена, – сообщила Ди, откидываясь на спинку сидения.

* * *

Бергер и Блум сидели в помещении для наблюдения. Они смотрели в окошко, скрывающее их, но позволяющее видеть, что происходит в допросной. Там сидел крупный мужчина лет шестидесяти в джинсах и джинсовой рубашке, с огромными пышными усами. Сидел он совершенно неподвижно.

В помещении для наблюдения вместе с Бергером и Блум сидел мужчина тех же лет, что и усач, только значительно стройнее и тщательно выбритый. Он сидел за компьютером, в полицейской форме.

– Вы уверены, что все поняли? – сухо спросил Лейф Эскильссон.

– Да, – ответили Бергер и Блум в унисон.

– Надеюсь, вы понимаете, насколько это исключительный случай, – продолжал Эскильссон. – Нашим юристам удалось найти лазейку в законах для привлечения внешних ресурсов при допросе следователя из отдела внутренних расследований и его подозреваемого. Любое злоупотребление данными вам на время полномочиями будет строго наказано. Это понятно?

Оба кивнули. Добавить было нечего. Они не станут злоупотреблять подарком от человека, стоящего в дверях. Ди открыла – показавшись Конни, но в то же время не демонстрируя своего превосходства.

Бергер и Блум вошли. Ландин даже глаз не поднял. Продолжал сидеть в той же позе. От него сильно воняло псиной.

Они присели.

Записывающие устройства были уже включены. Ландин все время смотрел в стол прямо перед собой, однако и Бергер, и Блум заметили, как он на мгновение бросил взгляд наверх и нахмурился. А потом снова принялся разглядывать стол.

– Думаю, нам нет нужды представляться, – сказала Блум.

– Лучше бы я вас не знал, – пробурчал Ландин. – Тогда бы я мог хотя бы надеяться, что вы полицейские.

– Вы знаете, почему мы здесь, – произнес Бергер. – Ведь так, Конни?

– Идите к черту.