Читаем Крайняя точка полностью

– Полностью согласна с тобой, Брайн. Она слишком маленькая, он бы с ней легко справился, например, мог её избить и держать в полуобморочном состоянии или вовсе без сознания. Мог, вколоть снотворное, но он привязал её. Значит, ему нравилось видеть в её глазах ужас. Веревки крепко привязаны, кожа на запястьях Джанин содрана, так как веревки туго врезались ей в кожу, а она пыталась высвободиться. Он её буквально распял! – Я убрала свои руки за спину.

– Да, это лишний раз подтверждает Глория, что всё это, связано с болью. Причиняемая боль дает ему контроль над жертвой. Так, ладно, я пойду осмотрюсь, потом найду тебя.

Я кивнула головой и он вышел из комнаты. И мне показалось, с облегчением выдохнул.

Мы, копы из убойного отдела, сталкиваемся с разными трупами и убийствами. Но работать с маленькими детьми и всё что связано с педофилами, всегда очень тяжело как бы ты не был к этому готов. Какую бы ты не давал себе в голове установку, всё равно, ты не можешь полностью выключить у себя функцию сострадания и жалости, без исключения мужчина ты или женщина коп.

Через несколько минут я покинула комнату и крикнула криминалистам и специальному персоналу подниматься для сбора улик. Сама стала спускаться вниз и направилась, пройдя через холл в кухню.

Надо будет сказать Дейву, чтобы он пробил по базе данных, эту няню Элен Квингстоун. Нужно первым делом исключить вариант того, что это мог быть её любовник, друг, бойфренд. Он мог совершить такое на почве, зависти, ревности. Это самый подходящий вариант. Если этот вариант исключиться, тогда всё станет намного серьезней. Кто мог желать маленькой девочки зла? Никто. Значит, замешаны родители, это послание им. Но сейчас они не в состоянии давать показания и отвечать на вопросы, придется подождать несколько дней. Может, даже придется подключить Гейба. Его психологическая помощь им совсем не помешает.

Я вошла в кухню она тянулась вдоль задней стены дома и была полностью из витражного стекла. Очень оригинально, необычно и очень, очень дорого. Снаружи пробивался солнечный день, и вся это мозаика играла разными цветами. Жалюзи на окнах были подняты, отсюда виднелся прекрасный цветочный сад. За ухоженным садом, стояли пару недостроенных соседских домов. Значит, никто бы ничего не услышал. Ближайшие соседи, очень далеко отсюда.

Весь интерьер кухни был в светло-серых тонах, заботливые руки дизайнером добавили комнате массу модных штрихов, и сделали комнату достаточно уютной. Длинный стол из светлого дерева, стулья деревянные из массивного дерева, белого цвета. Всё было кристально чисто, даже слишком. Либо няня Элен так следила за чистотой, либо она вообще не пользовалась кухней.

При виде этой комнаты любой агент по продаже недвижимости пришел бы в восторг. Я прошла аккуратно вдоль гарнитура и остановилась возле трупа девушки.

Элен видимо застали в расплох. Повсюду была кровь: брызги на стенах, дорожки капель и отпечатки ног на полу, разводы на стеклах от гарнитура, большие сгустки крови на ножках стульев.

Элен Квингстоун – в бело-зеленой пижаме, покрытой пятнами запекшийся крови, – лежала лицом вниз в дальнем конце комнаты, там, где была зона для обеда. Одна рука согнута под корпусом, другая вытянута над головой, словно до последней секунды она пыталась ползти, добраться до телефона. Светловолосая, не высокого роста, худощавая девушка, на вид ей было около тридцати лет. Кровь в луже, которая растеклась вокруг неё, стала липкой и потемнела. Её разнесли повсюду, на полу чудовищная сеть мазков, отпечатков её ладоней и полос. Она до последнего боролась за жизнь и хотела сообщить в случившемся, пытаясь ползти в гостиную к телефону.

Когда впервые попадаешь на место преступления, то не сразу можешь уместить в голове всё увиденное – внутренний мир отстраняется от внешнего, чтобы защитить себя: твои глаза открыты, но в сознании только красные полосы и сообщение об ошибке.

Я аккуратно перевернула девушку на спину. У нее была перерезана шея, чистый, аккуратный порез. За долгие годы работы в полиции и повидавшей много трупов, под опытной консультацией Эдриана Курта, я уже научилась определять такие тонкости. А это значит, что убийца не новичок. Рана была сделана уверенной рукой, он не колебался ни минуты. Глаза девушки были карими и в них застыл ужас.

Я достала свой блокнот и сделала необходимые записи. Повсюду шныряли полицейский и прибыло очень много народа, половину из них я даже не знала. Мне было плевать, я была полностью сосредоточена на трупе.