Читаем Ковен озера Шамплейн полностью

– Примерно никогда, – честно сознался Коул. – Гидеон не особо радушно встречает гостей, как видишь, но, учитывая обстоятельства, остановиться нам больше негде. К тому же… Как-никак, мы с ним не виделись больше года.

– А он красавчик, – добавила я мечтательно и удовлетворенно заметила, как Коул нахмурился.

– Мы с ним, кстати, очень похожи, – как бы невзначай пробормотал он.

– Да, знаю, только поэтому он и красавчик.

Уши Коула загорелись. Он жестом пригласил меня идти вперед и, забрав из машины наши вещи и Штруделя, поднялся в дом.

– Ты и кота с собой притащил, – скривился Гидеон, прислонившись к косяку кухонной двери и брезгливо оглядывая Штруделя, обнюхивающего его обувь.

– Он идет со мной в комплекте, – буркнул Коул, расстегивая пальто. – Как Бакс идет в комплекте с тобой. Я же тебе не указываю, каких домашних животных заводить.

Гидеон хмыкнул, и лишь повесив на вешалку свой шарф и верхнюю одежду, я заметила, что он не сводит с меня глаз. Тяжесть непрошеного внимания легла на плечи, как якорь, и я судорожно оглядела себя в зеркальном столике в прихожей, якобы ненароком поправляя взлохмаченные волосы и макияж.

– Поговорим? – предложил Коулу Гидеон бесстрастным тоном, а затем красноречиво добавил: – Наедине.

– Нет, – отрезал Коул так небрежно, будто отказывался от лишней порции пирога.

Гидеон оскорбился.

– Что значит «нет»?!

– Разве мы не должны сначала показать Одри дом?

Если бы взглядом можно было убить, Гидеон не оставил бы от меня и мокрого места. Он сдержанно кивнул, открывая проход на кухню и обводя рукой лестницу, а затем прилегающие к ней комнаты.

– Пожалуйста.

Дом, в меру большой и сложенный из цельных блоков дерева, пах смолой и жаром огня из раскочегаренного камина. Здесь не было ничего лишнего: чистота и порядок, как и в доме Коула, охотничий реквизит на стенах и свежие фрукты в вазочках. Мое внимание привлекли семейные фотографии на стенах, и я улыбнулась, задержавшись перед изображением маленького Коула в тех самых красных башмачках в обнимку со старшим братом. В детстве они выглядели практически одинаково, разве что Гидеон был крупнее и выше, старше Коула примерно лет на пять.

– Ух ты! Почему я не видела эту прелесть раньше? – протянула я со смешком. – Пыталась найти у Коула хоть один фотоальбом дома, но… Теперь понятно, что все их он отдал тебе. Столько фотографий!

Гидеон встрял между мной и коллажем.

– Как это нет альбома?! Подожди, а ты вообще знала о моем существовании? – уточнил он, и я втянула голову в плечи, по умоляющему взору Коула поняв, что накликала на него беду. – Серьезно? Куда ты дел наши фото, дурень?!

– Убрал, – промямлил Коул. – На всех фотографиях мы обнимаемся, как два идиота, а ко мне иногда друзья заходят…

– Не ври! У тебя нет друзей.

– А откуда им взяться, когда ты всю мою квартиру детскими фотками обклеил?!

Я отодвинулась от них, переместившись в гостиную и подставив замерзшие ладони к пламени. Танцующее, оно убаюкивало, и меня стало клонить в сон после долгой поездки и тренировки заклятий, пока два брата ссорились за моей спиной.

Игнорируя громкую ругань, я обошла почти весь нижний этаж, когда рядом с моим плечом вырос Коул. На стенах дома была запечатлена вся история братьев Гастингс, и мой взгляд прилип к огромному семейному портрету: мужчина и женщина с двумя озорными мальчишками на руках.

– Это твои родители? – догадалась я. – Они выглядят счастливыми.

Похоже, так оно и было: женщина с лучезарной улыбкой и карими глазами Коула, а рядом зеленоглазый мужчина, веснушчатый, с непослушными темными кудрями. Оба казались совсем юными на изображении – наверно, мои ровесники.

– Почему ты не живешь вместе с Гидеоном? – спросила я приглушенно. – Кажется, в детстве вы были очень дружны.

– Наши пути давно разошлись. Мы оба выросли, но мой брат считает, что взросление коснулось его одного, – пробормотал Коул угрюмо, воровато озираясь. – Он работает на производстве кленового сиропа. Иногда мне кажется, что этот сироп склеил ему мозги.

Я покосилась на Гидеона, мешающего кочергой угли в камине и упрямо делающего вид, что он ничуть не подслушивает наш разговор.

– Просто не кради у него ничего. И не колдуй, – предупредил меня напоследок Коул. – Это всего на одну ночь. Притворись… нормальной, ладно?

Я закатила глаза, и Коул отошел от меня.

– Вы устали, – произнес Гидеон заботливо, по-хозяйски складывая разбросанные по дивану книги. – И наверняка голодны. Я как раз готовил ужин. Поможете мне с…

– Ой, совсем забыл навестить Меркурио!

Гидеон не успел договорить, потому что Коул, взбудоражившись, уже умчался на улицу с воплем, как сильно он скучал по своему любимцу в конюшне. Оставив меня наедине со своим старшим братом, Коул не учел то напряжение, природу которого я никак не могла разгадать. Гидеон будто возненавидел меня с первой секунды, и это ощущение отнюдь не развеялось чудесным образом, но, благо, примялось, как матрас, когда он осознал, что от моего общества сегодня никуда не деться. Гидеон вымученно улыбнулся:

– Хм, что же… Одри, может, тогда хоть ты составишь мне компанию на кухне?

– Да, с удовольствием.