Марксово понятие отчуждения и рационализация Вебера довольно близкие понятия. Однако они близкие по смыслу явления действительности – описывают с разных позиций. Близость понятий рационализации и отчуждения проявляется в том, что они оба подразумевают отделение индивида от общины, семьи, церкви и его подчинение правовому политическому и экономическому регулированию на фабрике, в школе и в государстве.

Различие с Марксом в понимании отчуждения в том, что, по Веберу, отделение индивидуального рабочего от средств производства есть результат рационализации в экономической сфере (конкретнее, в части управления в условиях разделения труда).

Для эффективного управления деятельностью при разделении труда требуется, в частности, разделение на труд управляющего и труд оператора (по аналогии с программирующим и исполнительным трудом по Ф. Тейлору[1]). А такое разделение в целях рационализации управления возможно только при отчуждении рабочих от средств производства. Именно такое отчуждение предотвращает вмешательство рабочих в процесс управления. Это вмешательство есть, по Веберу, иррациональный фактор, хотя сам Вебер и не приветствует отчуждение как таковое и списывает это на сущностную иррациональность экономического порядка своего времени.

«По линии Вебера выходит, что чем большую свободу действий получают менеджеры, тем рациональнее организовано производство. Напротив, чем меньше у них свободы и чем сильнее ощущается вмешательство рабочих в процесс управления, тем больше технической и экономической иррациональности» [8, Глава 31. Отчуждение и формы его проявления].

Таким образом, мы видим, что Марксово отчуждение и Веберовская рационализация описывают одни и те же явления, но с разных позиций. Отличие Вебера от Маркса в том, что первый рассматривает эти процессы, исходя из задач управления, что есть, по Марксу, одна из функций «надстройки». Для Вебера же отчуждение на производстве лишь частное проявление рационализации в экономической сфере, которая, помимо этого, происходит и в других сферах. По Марксу, отчуждение людей друг от друга и от самих себя, а также в других сферах жизнедеятельности, есть следствие отчуждения от процесса труда и от его результата.

Это противоречие между Марксом и Вебером, на мой взгляд, есть противоречие между монистическими материализмом и идеализмом.

Список использованной литературы:

1. Фромм Э. Марксова концепция человека. Сборник «Душа человека». М.: «Республика», 1992

2. Phil Gasper. Статья «Capitalism and alienation», Журнал International Socialist Review, Выпуск 74, November-December 2010

3. Маркс К. Капитал: критика политической экономии. Т.1. – М. : Эксмо, 2011

4. Фромм Э. Бегство от свободы – М.: АСТ: Астрель, 2011

5. Фромм Э. Иметь или быть? – М.: АСТ: Астрель, 2011

6. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42.

7. Анурин В. Ф. Основы социологических знаний: Курс лекций по общей социологии. – Н. Новгород: НКИ, 1998

8. Кравченко А. И. Социология Макса Вебера: труд и экономика. М.: На Воробьевых, 1997

[1] Ф. У. Тейлор "Принципы научного менеджмента", Глава 2. Основы научного управления. § 7. Четыре основных черты научной организации управления.

НАБОЛЕВШЕЕ

Репатрианты

Сергей Войтко

Вот уже 20 лет, как на карте мира нет Советского Союза. Есть Российская Федерация (РФ) и 14 независимых от России стран бывшего СССР. Интересен ещё тот факт, что все 14 новых стран имеют названия, исходя из наличия там именно титульной нации: Латвия, Грузия, Узбекистан и т.д. Титульной нации как бы нет только в РФ.

Зато есть Ельцинский конституционный проект, внедрённый после печально известных событий 1993 года, согласно которому в РФ проживает некий “многонациональный российский народ” (МРН). Правда, этот МРН тоже состоит из коренных народов России, а не из каких-то там переселенцев. При этом 85% коренного российского населения составляют русские, и русский язык здесь государственный.

В новых постсоветских странах с 1991 года был взят курс на возрождение национального языка и культуры, становление национал-государственных ценностей, а главное, там были определены новые “национальные герои”. Правда, в предыдущие периоды нашей общей истории эти “нацгерои” считались врагами своих народов! Так, имена полевых командиров украинских банд формирований ХХ века Симона Петлюры и Степана Бандеры вызывают острые негативные реакции не только у них на родине, но и в других странах мира. И в нынешней РФ вышеупомянутые «джентльмены удачи» по-прежнему антигерои, т.к. само понятие “Россия” вызывало у них нездоровую аллергическую реакцию.