Она коснулась его плеча, парень яростно оттолкнул ее прочь. Рид отвел женщину на несколько футов в сторону. Глядя Ченсу в глаза, Майло сказал:

— Итак, светлые волосы, подтяжка кожи; что еще?

— Ничего.

— Сколько ему примерно было лет?

— Как папе.

— Средний возраст.

— Этот тип — полный кретин: черт-те что на башке себе устроил.

— В каком смысле черт-те что?

— Все взлохматил и залил лаком. Такое ретро-дерьмо, как у… Билли Айдола, вот. И морда такая, типа «я офигеть какой реально крутой перец».

— Расскажи нам про этого типа и Дабоффа.

— Он появлялся там.

— Сколько раз?

— Один.

— Когда?

— Не знаю.

— Это было ближе к началу твоей отработки или к концу?

Парень задумался.

— К началу.

— Значит, три-четыре недели назад.

— В самом начале.

— Значит, этот человек пришел повидать Дабоффа. Что дальше?

— Не пришел, приехал. Стоял на парковке. Я сидел внутри, скучал, как черт, смотрел в окно — и увидел их двоих.

— Что они делали?

— Разговаривали. Я не слышал, о чем они говорили, да и мне было насрать. Поэтому я и не сказал вам ничего, когда вы позвонили.

— Когда Дабофф и этот человек разговаривали, это была дружеская беседа?

В глазах парня отразилась напряженная работа мысли.

— Этот тип что-то дал Дабоффу. Тот был доволен.

— Что он дал ему?

— Конверт.

— Какого цвета?

— Не знаю… белого, кажется. Ага, белого.

— Большой или маленький?

— Обычный конверт.

— И Дабофф обрадовался?

— Он пожал этому чуваку руку.

— А что было потом?

— Тот тип уехал.

— На чем?

— На «Мерседесе».

— Какого цвета?

— Черного… или серого, — ответил парень. — На кой хрен мне это помнить? — Глядя исподлобья, он окликнул мать: — Ну давай, Сьюзи, попробуй еще раз.

Миссис Брендт заплакала.

— Мы покажем тебе несколько фотографий, Ченс, — сказал Майло.

* * *

Когда мы отъезжали от клуба, Рид произнес:

— Когда-нибудь нас вызовут в их дом по поводу семейного насилия — и хорошо, если не убийства.

— Вполне может быть, — согласился Майло. — Увы, от всего, что рассказал мальчишка, толку почти ноль. Тип с высветленными волосами, который ездит на «Мерседесе», — и который вовсе не Хак, как утверждает парень.

— Возможно, этот человек за что-то платил Дабоффу, — напомнил я.

— За что? — хмыкнул Рид. — За привилегию поплавать в болоте?

Майло засмеялся.

— Поздравляю, детектив Рид.

— С чем?

— С едким сарказмом. Теперь ты достиг оптимального рабочего настроя. Ставлю на то, что этот тип делал пожертвования в пользу цапель и чаек. Ченс видел его на благотворительном океанском празднике, то есть речь идет о ком-то экологически сознательном.

— Любитель воды, — сказал Рид.

— А тем временем мы тонем.

Глава 25

Рабочий стол Майло был завален распечатками сообщений.

Три официальных заметки от СМИ относительно «болотных убийств»; два заместителя начальника департамента запрашивали подтверждение того, что лейтенант получил уведомление о снятии наблюдения за Трэвисом Хаком.

Он поупражнялся в метании бумаг в корзину для мусора, одновременно продолжая читать.

— Ага, вот это уже что-то. От мистера Олстона «Бадди» Уэйра. И еще что-то, от Марка, брата Селены, из Окленда.

— Брат, наверное, хочет узнать, как продвигается следствие.

— Позвони по телефону в центральном кабинете да узнай.

После того как Рид вышел, Майло набрал номер Уэйра и переключился на громкую связь.

— Разделим унижение на двоих.

Трубку, как обычно, взял паралегал, но Уэйр быстро вышел на связь.

— Лейтенант, спасибо, что перезвонили. — Его медовый голос сейчас звучал выше и напряженнее.

— В чем дело, сэр?

— Я обеспокоен. Саймон не отвечает на мои звонки и электронные письма, а когда я позвонил в отель «Пенинсула» в Гонконге, мне сообщили, что он выехал на прошлой неделе. Я немедленно связался с Роном Балтером из «Глобал», но он тоже понятия не имеет, где Саймон. Я попросил его проверить все последние платежи Саймона, и мы обнаружили, что Саймон действительно вылетел обратно в Штаты. Но с тех пор он не пользовался своей кредиткой.

— Он прилетел в Лос-Анджелес?

— Нет, в Сан-Франциско.

— Это характерно для мистера Вандера?

— Вполне, — заверил Уэйр. — Саймон и Надин любят Сан-Франциско, посещают ярмарки искусств и прочие мероприятия подобного рода. Обычно они останавливаются в «Ритце», однако сейчас нет записей о том, чтобы кто-то из них поселился в этом отеле.

— Мистер Вандер часто ведет себя настолько скрытно?

— Несомненно, он совершенно не любит открытости. Но обычно он отвечает на звонки. И всегда пользуется кредитной картой, почти не носит с собой наличные. Это еще не всё, лейтенант. Я пытался связаться с Надин в Тайване, и ее родные сказали мне, что они с Келвином уехали примерно тогда же, когда Саймон улетел из Гонконга.

— Ее родные сказали почему?

— Нет, — ответил Уэйр, — но, возможно, я что-то недопонял из-за плохого знания языка.

— Возможно, Вандеры решили утроить себе семейный отпуск и побыть вместе.

— Да, конечно. Но кредитные карточки, лейтенант. И Саймон, и Надин пользуются ими повсюду. Я звонил Симоне, чтобы узнать, известно ли ей что-либо. Она ничего не знает и чрезвычайно тревожится… относительно Трэвиса Хака.

— Она думает, что Хак что-то сделал с ее родными?