Читаем Кости полностью

— Кто бы ни убил Селену, ее использовали как приманку. Первые три трупа были спрятаны, а ее бросили на виду, да еще анонимно позвонили и сообщили о ее местонахождении. Оч-чень хотелось бы увидеть распечатку звонков с телефонов Симоны и Уэйра на тот момент. И Хака тоже. Это позволило бы сильно продвинуться в выяснении, кто тут замешан.

— Лейтенант, есть у нас основания для запроса к оператору?

— Дождусь восьми — позвоню Джону.

— Кости в шкатулке были еще одной приманкой, — теоретизировал я. — Если б вы их не обнаружили — не беда. Ну, а если б обнаружили — это еще один ход в игре.

— И вдобавок, — фыркнул Майло, — забавно, небось, баловаться с частями тела.

— И это тоже.

— То есть ты утверждаешь, — спросил Рид, — что Селена, по сути, была живым… точнее, неживым маячком, который навел нас на Вандеров?

— Которые исчезли, — дополнил я. — А тем временем Симона нанимает Аарона, чтобы просветить нас насчет Хака.

— Когда Хак оказался под подозрением, — сказал Майло, — мы обнаружили, что Вандеры пропали, и стали думать о маньяке-психопате со стариной Трэвисом в роли Пол Пота. Он к тому же очень кстати слинял. Черт, да если б его даже и не нашли, все равно Симона с Уэйром вне подозрений — и она оказывается законной наследницей ста тридцати миллионов баксов!

— Ста тридцати трех, — поправил Рид. — Но кто там их считает! Я лично даже представить себе не могу такую гору бабла.

— На что поспорим, Симона может? — отозвался я. — Особенно после того, как Уэйр просветил ее насчет размеров отцовского состояния. Я подозреваю, что план возник больше года назад — может быть, после того, как они убили и утопили Демору Монтут во время игр со связыванием, которые зашли чересчур далеко. А это привело к поискам новых уличных женщин и возникновению накатанной схемы.

— И кто же у них главный, Симона или Уэйр? — спросил Рид.

— Не знаю. Уэйру, по всей вероятности, нужны только деньги. А Симона хочет большего…

— То есть сто тридцать три лимона — это тебе не мотив? — поинтересовался Майло.

— Мотив, конечно, — сказал я, — но для Симоны важно еще и уничтожить конкурентку. Речь идет об идеальном ограблении.

— Чужая тетка, которая захапала себе папочку вместе с его баблом…

— И самого папочку тоже. За то что бросил.

— А что насчет Келвина?

— Конкурент за наследство, и чертовски талантливый вдобавок, — предположил я. — Вундеркинд, который дает концерты, в то время как сама Симона даже на работу толком устроиться не может. Отсюда — отрубленные руки и трупы, лежащие лицом на восток. Теоретически, конечно, это все тоже могут быть ложные улики — попытки выдать себя за сексуального маньяка. Но почему именно эти фирменные знаки? Нужно поговорить об их символическом значении…

— «У Келвина золотые руки», — напомнил Рид.

— Могу себе представить, как Симона бесится из-за этого долгими холодными ночами. Правая рука ведет тему, именно она завершает исполнение.

— А лицом на восток — значит, лицом к Азии, как ты и думал, — заметил Рид.

— Если Хак говорит правду, ненависть Симоны имеет расовый подтекст.

— Слово на «Ч», — добавил Майло. — Премилая штучка эта наша Симона!

— Если вы правы и она практически пытается уничтожить свою новую семью, каковы шансы, что ее мать тоже в этом замешана? — осведомился Рид.

— Не думаю. Келли меланхолична, но в целом пассивна. И она обожает Хака.

— Злая девчонка, — сказал Майло, — настропаленная алчным адвокатом.

— Это лишнее, — возразил Рид.

— Тебе не нравится госпожа Валленбург, а, Моисей?

— Мне нравятся ее машины. А сколько времени пройдет, прежде чем она примется нажимать на пружины, чтобы выручить Хака?

— Пусть себе нажимает. Мы загребли его за серийное убийство; выпустят — снова посадим.

Майло посмотрел сквозь затемненное стекло. Рот Хак закрыл, но не шевелился.

У Рида в кармане зачирикал мобильник. Взглянув на номер, он заметно просиял, но тут же овладел собой и напустил на себя почти комическую серьезность.

— Привет… что, в самом деле? О, Господи… дай запишу… что-что? Да, конечно! Потом, да, хорошо. — Он покраснел. — Прошу прощения? — Покосился на Майло. — Не знаю, как шеф скажет… Ну да, и я тоже. Ага. Пока.

— Дай угадаю, — предложил Майло. — У доктора Уилкинсон приятные новости для всех нас, и она хочет снова пообедать в индийском ресторанчике.

Рид покраснел еще сильнее.

— Она приехала туда вместе с интернами, работали всю ночь, при прожекторах… — Тут он слегка побледнел. — Лейтенант, собаки нашли еще четыре трупа.

— Кто еще, кроме Вандеров?

— Двое взрослых Вандеров плюс еще два скелета. Последние разрозненные, невозможно сказать, в какую сторону они были обращены, и руки вроде все на месте. Вероятно, женщины; один череп определенно афро-американский, с другим неясно пока. Саймона и Надин идентифицировали без труда. Они не успели толком разложиться, к тому же тела оттащили далеко в болото, но оставили на берегу одетыми, и их бумажники и кошельки валялись поблизости.

Он перевел дух.