Читаем Кости полностью

— О том человеке, который охраняет Птичье болото.

— Я никогда не бывал на Птичьем болоте.

— Никогда?

— Никогда.

Я повторил имя Дабоффа.

— Я должен его знать, да? — спросил Хак. — Извините…

— Ну, давайте поговорим о человеке, которого вы знаете. Селена Басс.

Хак, похоже, был готов к этому вопросу.

— Из-за Селены-то я и понял наверняка.

— Что вы поняли?

— Что ненависть Симоны словами не ограничится.

— Вы решили, что Селену убила Симона?

— Селена пришла от Симоны.

— В каком смысле «пришла от Симоны»?

— Это Симона ее нашла. Сказала, что сделала это ради Келвина. Симона привела Селену в дом.

— Нашла учительницу для Келвина?

— Нашла подругу, которая — вот же совпадение! — вдобавок гениальная пианистка и преподавательница.

— Симона называла Селену своей подругой?

— Они и вели себя как подруги.

— Как именно?

— Счастливые стройные девушки, все время смеются, — промолвил Хак. — И эти джинсы с низкой талией…

— А откуда вы знаете, что они не были подругами?

— Мне Симона сказала. Потом. Сказала, что услышала, как Селена играет на пианино на вечеринке. У Селены были волшебные руки, золотые руки, как и у Келвина, она идеальная учительница для него. А к Келвину ходила ворчливая старая училка, он все хотел бросить уроки. Симона сказала Селене, что тут можно неплохо заработать. Мне следовало знать, что дело не только в этом.

— А что еще?

— В первый раз, когда я принес покупки, подъехала машина Симоны; с ней была другая девушка, они хихикали. Я вошел в дом. А они — нет. Когда я вышел, чтобы забрать еще покупки, они смотрели на море. Они стояли обнявшись. И Симона положила руку на… на задницу Селены.

— Селена с Симоной состояли в сексуальной связи.

— Может быть.

— Это было еще до того, как вы с Симоной вступили в связь?

— Да.

— И это не заставило вас задуматься?

— О чем?

— Ну, о Симониных сексуальных предпочтениях.

Глаза у Хака вспыхнули.

— Да мне было все равно!

Я сказал:

— Позднее, когда вы вступили в связь, Симона сказала вам, что встретилась с Селеной на вечеринке?

Кивок.

— Она не говорила, что это была за вечеринка?

— Ну, просто вечеринка.

— Чай с печеньем?

Молчание. Затем Хак произнес:

— Потом я начал подозревать…

— Что именно?

— Тогда, во дворе… когда они перестали лизаться, он встал, и Симона вытянулась на тиковом шезлонге, и…

Он скривился.

— У нее было бритвенное лезвие. Он вернулся, попробовал ее на вкус. Он принес с собой разные вещи. Веревки… шарики на веревке… большие, огромные, пластиковые… Я отвернулся, не хотел на это смотреть, но мне все было слышно. Он сказал: «Отличная вечеринка!» Она сказала: «Золотые руки! Девочка. Не хватает только ее и пианино».

Хак потряс головой, и капли пота разбрызгались по столешнице. Дебора Валленбург заметила непорядок, но вытирать не стала.

Я прикинул вслух:

— «Отличная вечеринка» — это значит…

— Селена участвовала в тех же самых забавах. — Он посмотрел на меня, ожидая подтверждения.

— Когда вы услышали о том, что Селена убита, у вас возникла гипотеза о том, что с ней случилось?

— Ощущение.

— Когда мы пришли и рассказали вам о Селене, вы об этом ощущении не упоминали.

— Я был… я не… у меня от вас в голове помутилось. Но наконец туман развеялся, и у меня возникло это ощущение. Я не знал, что теперь делать.

Майло, не открывая глаз, произнес:

— Вы могли снять телефонную трубку…

— И что бы он вам сказал? — возразила Валленбург. — Это же только интуиция.

Майло одарил ее отеческой усмешкой.

— Когда неизвестно, кто это сделал, мы хватаемся за все подряд, госпожа адвокат.

— Ну да, конечно! Так бы вы ему и поверили.

— Я собирался сказать Саймону, — сказал Хак. — Если вообще…

— Что «если вообще»? — спросил я.

— Если вообще смог бы рассказать кому-нибудь.

— Если, если… Самое длинное слово в словаре, — заметил Рид.

— Я об этом думал, — возразил Хак. — О том, чтобы сказать Саймону. Но она же его дочка, он ее любит… А я так, посыльный.

— И вы так ничего и не предприняли, — подытожил Рид.

— Нет, я… я позвонил ему, чтобы услышать его голос — может, тот подскажет мне, что делать. Саймон не взял трубку. Я все звонил, звонил, а он не отвечал. Я написал и-мейл. Он не ответил. Я тогда написал и-мейл Надин, и она тоже не ответила. Тут я забеспокоился. А потом стало известно про тех других женщин… Я услышал про них и сказал себе: «Это те самые женщины, к которым ты ходишь».

— И тогда вы сбежали? — уточнил я.

— Я убил человека, я покупаю секс за деньги, был знаком с Селеной. И все остальные — богачи. — Он обернулся к Валленбург: — Вы мне говорили вернуться, а я не послушался.

— Трэвис, это не тема для обс…

Майло встал, подошел к столу, уставился на Хака.

— Это вся история, приятель?

— Да, сэр.

— Бред сивой кобылы.

— Посадите меня обратно в клетку, сэр. Я заслуживаю всего, на что вы меня осудите.

— Ах, вот как?

Валленбург вскочила на ноги, вытянула руку между Хаком и Майло.

— Это не признание!

Майло хмыкнул:

— Селена, шлюхи, целый заговор — и все только затем, чтобы оклеветать тебя… Как удачно!

— Ради всего святого, ну как же вы не видите? — взвилась Валленбург. — Ведь на первый взгляд он идеальный козел отпущения!

— Только на первый взгляд?