Читаем Кость Войны полностью

Его время уходило. Измерение смертных пока не готово принять его в истинном обличье. Эолле становилось всё тяжелее и тяжелее. Но он не спешил. Он был уверен, что предначертанное исполнится.

И его ожидания сбылись.

Свершилось!

Человек, который совсем скоро перестанет быть человеком, гордо выпрямился на крошащихся камнях. Две фигурки поменьше потянулись было за ним, но одним движением руки он отшвырнул их.

Кость Войны прочно заняла своё место.

Эолле понял, что ему пора возвращаться. Дело сделано.

Ощущение непобедимой мощи вошло в него. Он, словно непроницаемым панцирем, был окутан великой силой, равной которой в этом мире не было.

«Кость была в моих руках и раньше, — задохнувшись от эйфории всемогущества, подумал Берт. — Почему я не мог решиться слиться с ней? Каким же был дураком!»

Тварь, нависшая над ним, уже не воспринималась смертельно опасной. Непроницаемая маслянистая субстанция дрогнула. И начала стремительно уменьшаться. «Нет, она не уменьшается, — понял Берт. — Она удаляется… Движения её утратили плавность, движения её стали прерывисты и редки — точно страшный мороз сковывает её…»

Тварь твердела всё больше и больше, по мере того как жизнь уходила из неё. Ещё мгновение — и, застыв бесформенной грудой, она обрушилась на крошащиеся горные вершины. Впилась в них, словно обломок скалы в рыхлую почву. И замерла навсегда.

Какой-то человечек, маленький и жалкий, появился рядом с Бертом. Кто он такой? Ах да, его, кажется, зовут Самуэлем… Чего ему надо? Он тянется руками к лицу Берта? Он намеревается…

Оплеуха отбросила Самуэля на несколько шагов. Ударившись головой о камень, он затих.

— Ещё раз посмеешь коснуться меня, — проговорил Берт, не заботясь о том, слышат его или нет, — убью.

— Альберт?

Он развернулся на голос. Пламя волос больно ударило в его зрачки. Он вскинул руки, чтобы защититься, — движение было резким и быстрым, но она не отшатнулась. Она положила ладони на ледяную поверхность древней Кости.

Что-то разорвалось внутри Берта. Нет! Как она посмела?!

Он стиснул её рыжую голову и раздавил, словно перезревшую дыню.

И, когда кровавый туман схлынул, он увидел, что всё так же стоит с поднятыми руками. А она всё сильнее сжимает Кость Войны.

Нет! Пусть убирается отсюда! Если хочет остаться в живых — пусть убирается! Разум отдал приказ — убить! Но тело отказалось подчиняться. Что-то таящееся в крови, неподвластное разуму, заставляло мышцы неметь. «Впрочем, это глупое сопротивление скоро будет сломлено, — с удовольствием подумал Берт. — Через несколько мгновений…»

И тут же ледяной страх пронзил его — а если она успеет?! Если она успеет завладеть Костью Войны?!

Человек в помятых доспехах вскарабкался на камень. Длинные светлые волосы, перепачканные копотью, растрепались и окружали покрытое грязью и коркой запёкшейся крови лицо густым облаком. Человек осторожно поднял голову и огляделся. Увиденное поразило его. То, что когда-то было Крылатой Башней, уродливой застывшей кучей черноты, громоздилось неподалёку.

— Господин… — прошептали потрескавшиеся губы человека. — Где вы, господин?

Только трупы вокруг в переломанных позах. Да поднимаются к чёрному небу редкие струйки дыма из долины. Ни одного живого человека! Кто не погиб, тот сбежал, когда поднялась паника. Трусы! Они недостойны жить, предавшие своего господина! А где же сам господин? Где он?

Человек скрипнул зубами и ладонью мазнул по глазам, стирая копоть и кровь. Синие узоры татуировки обнаружились там, где обнажилась кожа.

Если бы не рана, повергнувшая его на время в гулкое небытие, он был бы рядом со своим господином.

Человек спрыгнул с камня и, вытянув из-за спины меч, осторожно двинулся вперёд. Он внимательно оглядывал залитые кровавым светом камни. Господин не мог погибнуть. Господин где-то здесь…

Он обогнул очередной валун и остановился. Он увидел господина прямо перед собой. Господина и эту… рыжеволосую сучку…

Что происходит? Рыжеволосая тащит с головы господина ярко белеющий в полутьме шлем. Она снимает его! А он, сотрясаемый дрожью, не сопротивляется. Руки господина подняты на уровень лица и неестественно неподвижны, пальцы страшно скрючены.

Скрежещущий хруст бьёт по ушам.

Древний череп остаётся в руках рыжеволосой, а по плечам господина вдруг рассыпаются пряди чёрных волос…

Человек с мечом в руках моргает, не в силах осмыслить происходящее. Он смотрит на то, как его господин… или тот, кого он принимал за господина… оседает на камни. И длинные волосы его словно покрывает трескучим инеем. Они белеют — от начала и до самых кончиков.

Человека с мечом внезапно что-то словно бьёт изнутри. Он мгновенно забывает об этом странном человеке с побелевшими волосами, даже о том, что господин его куда-то пропал, забывает человек с мечом. Он видит только светящийся в темноте, точно обломок луны, шлем-череп.

Человек улыбнулся, поднял меч и побежал на этот мертвенный манящий свет.

Непобедимая слабость объяла всё его тело, но Берт всё же сумел подняться.

— Марта! — крикнул он.