Читаем Кошка полностью

Сюзанна молча смотрит на нее, и в ее взгляде появляются понимание и доброта.

— Да ладно, — шепчет Сюзанна и протягивает свою руку Матильде.

Когда через некоторое время их помещают в разные камеры, между ними уже установились мир и дружба. Чувства эти они сохранили и позже, не давая в ходе процесса никаких показаний, которые могли бы повредить друг другу.

4 января 1949 года следствие было закончено. Матильда Каррэ, «Кошка», предстала перед судьями, которые все были участниками движения Сопротивления и приговор которых был однозначен еще до начала процесса.

Французская общественность с волнением следила за сенсационным процессом. Сообщения о нем печатаются в газетах крупными буквами:

«Шпионка абвера «Кошка» выдала 35 патриотов!» — пишет «Либерасьон».

«Оставшиеся в живых узники лагеря смерти обвиняют «Кошку», — вторит ей «Орор».

«Мадам Каррэ — вторая Мата Хари!» — утверждает «Фигаро».

Пресса беснуется. Общественность требует головы «Кошки». Вся накопившаяся ненависть, злость и ярость обрушиваются на женщину, бывшую в свое время живым символом Сопротивления и любви к Отечеству.

Зал, где проходят заседания особого суда, наполнен до отказа. Председатель зачитывает обвинительное заключение.

Час проходит за часом. Свидетели дают показания против «Кошки». Час за часом на нее накатываются волны ненависти и презрения. Но Матильда высоко держит свою голову. Кажется, что все обвинения от нее отскакивают...

Но вот обстановка немного меняется. В зале раздается голос разума— спокойный, четкий и деловой. Это голос полковника Ашара, начальника Второго бюро генерала де Голля в Виши. Голос человека, который имеет все основания осудить изменницу.

Полковник Ашар высказывает мнение, что «Кошка» была пламенной патриоткой и тысячу раз рисковала своей жизнью ради Франции. И только один раз она оступилась. В течение очень непродолжительного времени. Разве может это идти в сравнение с ее неоценимыми заслугами перед союзными секретными службами, с которыми она тесно сотрудничала в течение целого года? Нет, — подчеркнул полковник, — «Кошка» могла оступиться, но несмотря ни на что она остается женщиной, достойной восхищения.

Медицинский эксперт доктор Ойер дает развернутое психиатрическое заключение, речь в котором идет о ее инстинктах и сексуальных излишествах.

— Это просто смешно! — протестует «Кошка», женская гордость которой затронута. — Господин доктор Ойер обследовал меня не более трех минут, в течение которых поглядывал на меня с любопытством и задавал интимнейшие вопросы, как я полагаю, с намерением свести все к альковным приключениям вместо рассмотрения вопроса о шпионаже.

— Вы что же, намерены отрицать, что имели с Блай-хером интимные отношения? — строго спросил председатель суда.

— Как бы вы поступили на моем месте, господин председательствующий, если бы были женщиной? — отпарировала «Кошка».

Раздавшийся смех был явно в ее пользу.

— Итак, вы, француженка, имели интимные отношения с этим мужчиной, немцем? — с некоторой злостью задает вопрос председатель. — И у вас не было при этом никаких препятствий морального и иного порядка?

На секунду «Кошка» опускает глаза. Лицо ее краснеет. В этот момент она выглядит, как пятнадцать лет тому назад, неопытной молоденькой девушкой... Она молчит.

— Ну, коли вы сами ничего не хотите сказать, то мы будем иметь удовольствие допросить двух ваших бывших любовников, мадам, о ваших опытах с ними, — с издевкой произносит председатель.

«Кошка» пожимает плечами и холодно произносит:

— Я не думала, что здесь речь будет идти о секретах спальни.

Кто же эти любовники Матильды Каррэ, которых сейчас представят в качестве свидетелей обвинения? Появится ли таинственный Хуго Блайхер? Блайхер, о котором много слышали, но почти никто его не видел.

Но в зал входит не он, а худощавый, благородного вида мужчина. Это Пьер де Вомекур.

Он говорит о сексуальной зависимости «Кошки» от Блайхера, о смертельном страхе, который испытала эта женщина в тюремной камере после своего ареста немцами, о ее ужасе перед пытками и возможной казнью. Но он говорит и о «пламенной любви к Отечеству», которая постоянно наполняла сердце Матильды Каррэ.

Процесс достигает кульминации, когда в зале появляется свидетельница, одетая в темное. Карандаши журналистов буквально порхают над блокнотами. Свои показания дает мадам Беляр, мать «Кошки». Голос ее не раз прерывается слезами:

«Вы должны понять наше состояние и желание помочь своему ребенку, когда мы собственными глазам наблюдали, как она, вопреки своей воле, все глубже погружалась в болото ужасного несчастья, которое теперь называется «предательством». Можете ли вы представить себе, что пришлось ей пережить, когда она каждую минуту ожидала, что вот откроется дверь ее камеры и войдет палач? Есть свидетель, который может вам все это подтвердить и облегчить положение моей дочери. Это Хуго Блайхер. И я спрашиваю вас, месье, где этот свидетель?»