Читаем Кошка полностью

Карл, переодетый для выполнения своего задания, естественно, в штатский костюм, хотелбыло настоять на том, чтобы оба агента возвратились на катер, но не знал, как ему поступить. Ведь он не говорил хорошо по-французски, а по-английски вообще не знал ни слова. Да и Блайхер наказал ему не открывать рта в присутствии англичан.

Пока он размышлял, оба англичанина уже попрощались и направились к дому, крыша которого едва виднелась с берега. Хозяин дома Андре Жофруз в эту минуту еще не знал, что они навлекут на него большую беду: за предоставление им убежища его через некоторое время приговорят к смертной казни.

Едва те двое отошли на несколько шагов, как английский офицер предложил «Кошке» и Вомекуру садиться в надувную лодку. Не успела «Кошка», одетая в длинное меховое манто, которой помогали оба мужчины, занести ногу в раскачивающуюся на волнах утлую посудину, как случилось непредвиденное.

Набежавшая высокая волна подняла надувную лодку на свой гребень, та перевернулась, а отхлынувшая волна потащила ее вместе с веслами в море. Все трое — двое мужчин и женщина оказались в воде.

Наблюдавшие до этой минуты с любопытством за происходившим солдаты вскочили и бросились в воду для оказания помощи тонущим.

«Потерпевшие кораблекрушение» стоят на берегу мокрые до нитки, а порывистый холодный февральский ветер продувает их насквозь.

Майор Шён с двумя офицерами тут же появился на берегу моря на служебной автомашине, получив по телефону сообщение о несчастье с лодкой. Дежурный фельдфебель докладывает:

— Господин майор, двое гражданских лиц только что укрылись вон в том крестьянском доме!

— Задержать их! — приказывает майор, затем подходит к «Кошке», представляется ей и ее попутчикам, предлагает даме свою шинель, говоря:

— Прошу господ садиться в машину. Тут можно и воспаление легких схватить. В моей квартире хорошо натоплено. Пожалуйста, не возражайте — куда же вам деваться в мокрой одежде?!

Все трое без возражений садятся в армейскую автомашину.

«Кошка» и Вомекур толком не знают, гости ли они этого майора или же пленные. Молодой английский морской офицер вообще ничего не понимает.

Майор располагается вместе со своим штабом в небольшом замке всего в нескольких километрах от берега моря. В большом зале ярко горят дрова в камине, около которого за грогом расположилось около дюжины офицеров различного возраста и звания.

Офицеры вскакивают и приветствуют вошедших с некоторым смущением. Майор же чувствует себя хозяином дома и принимает гостей как положено.

— Господа, представитесь позже! Сейчас же наши гости должны переодеться в сухое. За это время обеспечьте выпивку и приличную закуску!

Через четверть часа «Кошка», Вомекур и английский лейтенант появляются в зале. Поскольку здесь нет никакой одежды, все трое облачились в немецкую офицерскую форму — кители, форменные брюки и хромовые сапоги. Особое оживление вызывает невысокая хрупкая «Кошка» в просторном кителе с майорскими погонами и сапогах, едва не сваливающихся с ее ног.

Денщики успели уже накрыть стол, и ужин начался. Пили много. Немецкие офицеры, которым осточертела скучная служба по охране побережья, были безмерно рады событию, всколыхнувшему их однообразную жизнь.

Справа от майора сидит «Кошка», а слева — де Вомекур.

Хозяин рассказывает гостям о своей родной Восточной Пруссии и поместье, в котором сейчас хозяйничает его старый управляющий.

— Ну а вы, господа, какого рода ваша деятельность в нынешней войне? Из Парижа по телефону мне были сделаны лишь неопределенные намеки. Расскажите, чем же вы занимаетесь здесь, во Франции.

Вомекур отвечает односложно, и майор спрашивает его:

— Могу ли я узнать ваше воинское звание?

— Я майор французской армии!

— Так мы в одном с вами звании. По этому поводу следует выпить!

Все сидевшие поднялись, а один из лейтенантов сел за пианино и начал играть «Лили Марлен». Немецкие офицеры запели, к ним присоединилась и «Кошка». Ее меццо-сопрано выделяется из мужских голосов. Хозяева буквально в восторге. Тут за пианино садится «Кошка» и говорит, сразу став серьезной:

— Господа, разрешите мне спеть песню французских военнопленных?

— Конечно, конечно, почему бы и нет!

И она начинает:

Из уголка родной земли Девушка мне улыбается...

Через несколько тактов начинает подпевать Вомекур.

Когда они заканчивают, все дружно хлопают в ладоши. Майор просто в восторге.

— Я слышал, что это одновременно и песня Сопротивления.

Вомекур подтверждает. Он потихоньку начинает оттаивать в этом обществе, хотя ему и не нравится, что немецкие офицеры окружили «Кошку», которая ведет себя кокетливо и вызывающе.

Компания разошлась лишь с рассветом. «Кошка» и Вомекур разместились на втором этаже в расположенных рядом комнатах, соединенных внутренней дверью. Хозяева провожают обоих и затем прощаются. Английского моряка с соблюдением всех форм вежливости берут под стражу как военнопленного.