Читаем Кошка полностью

Пьер де Вомекур ошеломлен. Такие дела он себе не представлял. В Лондоне за письменным столом, покрытым зеленым сукном, многое виделось совершенно иначе, чем здесь, в суровой французской действительности.

— А что же нам делать? — спросил он озадаченно. — Как можно воспрепятствовать проникновению преступников в наши ряды?

— Да не столь уж и трудно, — снисходительно улыбается Блайхер.

Затем предлагает, чтобы все участники Сопротивления, как уже состоящие в нем, так и вновь поступающие, заполнили анкеты с указанием настоящей фамилии и полного адреса, а также присвоенного псевдонима. К такой анкете надо будет приложить фотокарточку. Анкеты с фотографиями затем следует направить доверенному лицу в парижском полицейском управлении.

Это доверенное лицо занимает высокий пост в отделе борьбы с уголовной преступностью. Человек этот — настоящий патриот, ненавидящий немцев, но и сторонник твердого порядка. Имея в руках анкеты с фотографиями, он просмотрит картотеку уголовников и регистр лиц, когда-либо привлекавшихся к судебной ответственности. В результате можно будет отсеять зерна от плевел. Убиваются сразу две мухи одним ударом: с одной стороны, мы защитим движение Сопротивления от проникновения в него уголовных элементов и, следовательно, оградим его от неоправданных репрессий со стороны немцев, а с другой — даем французской полиции возможность убедиться, что оружие не попадет в руки профессиональных преступников.

В ответ она, полиция, готова на встречную услугу: участники Сопротивления получат настоящие паспорта на вымышленные фамилии, с которыми смогут спокойно проходить любой контроль.

Вомекур охотно соглашается с предложением «месье Жана». Конечно же, ему даже и в голову не приходит, что тем самым он передаст немцам полные списки всех участников Сопротивления. Он не догадывается, что план этот исходит от его самого большого врага — того Хуго Блайхера. которого он, в соответствии с полученными указаниями, должен ликвидировать.

— Я полностью согласен, чтотакую проверку нам, действительно, необходимо провести с тем, чтобы наше движение не было впоследствии опорочено в глазах французского народа и истории. — завершил этот разговор Пьер де Вомекур.

Майор Шефер, сотрудник парижского отдела абвера, конфискует на следующий день и передает в распоряжение фельдфебеля Блайхера прекрасную квартиру в доме номер 31 по бульвару Суше. Квартира состоит из семи комнат. Сюзанна, естественно, не в состоянии занимать все семь комнат, поэтому располагается в первых трех, из окон которых прекрасно виден Булонский лес.

Вскоре выясняется, что владелец этой квартиры месье Арман Туш, главный редактор журнала «Французский экспорт», вовсе не бежал, а скрывается где-то в Париже. Хуго Блайхер, бывший, как нам известно, до войны прокуристом одной из гамбургских экспортных фирм, в то время выписывал это издание, но в 1939 году был вынужден отказаться за отсутствием валюты.

Мир тесен! Теперь бывший прокурист живет со своей любовницей в семикомнатной квартире богача Армана Туша и пользуется его мебелью, столовым серебром и посудой.

Много лет спустя, в 1955 году, Хуго Блайхер, Сюзанна Лоран и автор этих строк оказались у дома номер 31 по бульвару Суше. Портье на лифте доставил посетителей на верхний этаж. Хозяина дома в это время не было: он уехал на Ривьеру. С разрешения портье они вошли в помещение. Мебель стояла на своих прежних местах. Сюзанна прошла 1ю комнатам, легко прикасаясь рукой то старого комода, то кресла.

Зайдя на кухню, она подошла к окну, выходящему во двор, и показала на фронтон одного из зданий, видневшийся вдали сквозь хаос дымовых труб и крыш.

— Посмотрите вон на то окно, — произнесла она взволнованно. — Это окно дома номер 26 по улице Фе-сандерье... Как раз в той комнате и жили в то время Хуго и «Кошка», точнее, это была их спальня. Так вот каждую ночь я стояла у окна и ждала, пока там не погаснет свет. Могу сказать, что для меня это был самый настоящий ад.

Повернувшись, она быстро ушла в гостиную. Блайхер немного задержался и тихо сказал мне:

— Да, она выдержала больше, чем я мог даже от нее ожидать. За восемь недель, до 26 февраля 1942 года, то есть до дня, когда мы смогли снова быть вместе, бедная девочка потеряла десять килограммов веса.

Мы последовали за Сюзанной в спальню.

— Между прочим, хотя мы тогда жили неподалеку друг от друга, Хуго навещал меня иногда, но оставался не более нескольких минут. Нам обоим не хотелось вести грязную двойную игру... — Она немного помолчала, а потом смущенно добавила: — За исключением, пожалуй, одной ночи в самом конце этих ужасных восьми недель, когда Хуго остался у меня. Из-за нее и произошла катастрофа — с Вомекуром, «Кошкой» и история с ядом.

От Матильды Каррэ не укрылось, что Хуго стал чаще чем прежде уходить из дома один, возвращаться поздно вечером — возбужденным и расстроенным, из чего она сделала вывод: дело здесь в какой-то другой женщине.