Читаем Кошка полностью

Блайхер вежливо встает из-за столика, представляется как «месье Жан» и предлагает ей присесть к их столику и вместе поужинать. Девушка сразу же соглашается: «Палетта» — отличное заведение, к тому же она сэкономит свои продовольственные талоны.

— Тогда я могу передать тебе письмо самой, Матильда, — произносит она. — Один из бошей заказал у нас платье для своей парижской приятельницы и купил костюм для своей коровы в Германии. Могу себе представить его супругу тевтонку: талия семьдесят два сантиметра и объем груди сто сорок. — Произнеся эти слова, «манекенщица» залилась смехом. — Но что самое главное, будучи у нас, он много болтал о том о сем.

«Кошка» с трудом проглатывает какой-то кусочек. Блайхер же не теряет аппетита, слушая антинемецкие разглагольствования девицы. Закончив с едой, он говорит:

— Давайте сюда ваше письмо, мадемуазель! Немецкая полиция! Вы арестованы!

Когда позже следователь спросил, не могла ли «Кошка» хоть как-то предупредить «манекенщицу», то Матильда заявила (ответ ее был занесен в протокол): девица, несмотря на сделанные ей знаки, не обратила на них внимания и подошла к столику.

Блайхер вывел «манекенщицу» из заведения на бульвар Монпарнас и посадил вместе с «Кошкой» в ожидавшую его там автомашину вермахта, приказав водителю стеречь обеих. Потом возвратился в кафе, спустился по лестнице к туалетам и спросил женщину в белом переднике и белом чепчике, не получала ли она в течение дня еще письма. Та ответила, что у нее есть два письма, которые, однако, не захотела ему отдавать. Тогда Блайхер заявил ей, что она арестована, и сам забрал эти письма, так как знал, где они лежат.

Осмотревшись в небольшом и узком помещении, он увидел: справа, прямо у входа на лестницу, стоят телефонные будки, а слева — встроенный во всю стену шкаф, едва заметный, ибо двери его были до самого потолка и

не отличались от деревянного покрытия стен. Заглянув туда, Хуго обнаружил щетки, ведра, тряпки и прочий реквизит, предназначенный для уборки помещений кафе. Шкаф этот наводит Блайхера на некую идею.

Он забирает служительницу в штаб-квартиру тайной полевой полиции — гостиницу «Эдуард VII» и оставляет там на ночь. Предварительно растолковывает женщине, что она рискует головой, связавшись с подпольщиками.

На следующее утро в 10 часов Блайхер отпускает ее при условии, что она впредь будет передавать ему или его людям все поступающие к ней письма. Кроме того, двое полицейских спрячутся в стенном шкафу. Там они будут находиться главным образом в часы основного наплыва посетителей — в обед и вечером.

С женщиной достигнута также договоренность, что она будет отныне говорить всем посетителям, приветствуя их, только «Добрый день, месье» или «Добрый день, мадам», не называя их имен, если даже и будет знать. Если же у нее появится какой-нибудь представитель организации «Интераллье», то она добавит имя — а она знала их почти всех по именам, — и из шкафа выйдут полицейские и арестуют подпольщика.

В течение пятнадцати дней «почтовый ящик» в кафе «Палетта» находился под наблюдением. Успех был ошеломляющим. В ходе этой акции Блайхеру и его людям удалось арестовать девяносто четырех членов подпольной организации.

По окончании войны владелец кафе «Палетта» был обвинен в том. что он не только терпел подобную «мышеловку» в своем заведении, но и преподносил угощение тем двоим полицейским, которые скрывались в шкафу.

В связи с этим месье Пьер Белль, шестидесяти пяти лет от роду, проживавший на третьем этаже здания кафе по бульвару Монпарнас, 119, 14 сентября 1945 года дал следующее показание:

«В организации этой «мышеловки» я никакого участия не принимал. Немцам, несущим службу у туалетов, ничего горячего никогда не посылал. Подчеркиваю, что о присутствии немцев в кафе вообще не знал».

Мадам Жиральдо, урожденная Моле, Габриель, пятидесяти шести лет, проживающая в Париже по улице Жо-

зефа Бара, дом номер 7, следившая в войну за порядком в туалетах кафе «Палетта», заявила нижеследующее:

«Высказывания господина Белля представляются мне сомнительными, поскольку «мышеловка» действовала не менее пятнадцати дней, и немцы в подвале появлялись регулярно по несколько человек и находились там продолжительное время. Правда, они были в штатском».

Когда ей было предложено рассказать, как ее арестовали, Габриель Жиральдо показала:

«Когда я находилась на своем рабочем месте, ко мне подошел какой-то незнакомец и спросил, не видела ли я Исидора и Мишеля. Я ответила отрицательно, что в общем-то соответствовало действительности. После этого незнакомец, оказавшийся немцем, доставил меня в гостиницу на авеню Оперы. В подвале же остались двое полицейских в штатском. На следующий день около десяти часов утра меня освободили и строго наказали никому не говорить о своем аресте. Мне разрешили вернуться на работу и приказали и дальше получать письма, передаваемые мне».

Вопрос судьи:

«Смогли ли вы кого-нибудь предупредить жестом или намеками, что в стенном шкафу находились немцы?»

Габриель Жиральдо: