Читаем Кошак полностью

— Нет. Кажется, случилось то, о чём ты говорила. Подожди, не ёрничай! Викера сегодня предложила меня учить.

— Она и так тебя учит.

— Нет, не так. Она предложила взять с собой на следующую операцию. Если ей выпадет роль допрашивать или вести силовые переговоры. Она сделала акцент на пытки.

— Пытки?.. Интересно… Что ты там такое учудил?

— Я не хотел бы вот так…

— Файл, — коротко обрубила Смерть. И что-то подсказывало, что спорить с ней — не лучшее решение.

Буквально пары минут девочке хватило, чтобы просмотреть содержимое файла, и когда она вновь повернулась ко мне, на лице этой безэмоциональной республиканки расцветала светлая-светлая улыбка. Будто и не сцены тяжёлой смерти пролетели сейчас перед её взором, а нечто… огромное и светлое.

— Не ожидала, Кошак, что ты вот так… сильный ход. Ты не перестаёшь меня удивлять.

— Что с тобой, кошка? Эта улыбка… Я и не видел, чтобы ты улыбалась до того…

— Я же обещала задницу подставить, когда с когтями закончим? Вот и подставляю… Так, подожди пять минут, мне нужно закончить совещание со Старшими, — валькирия начала отворачиваться, и уже на самой границе переговорной зоны до меня донеслось её обращённое к собеседницам высказывание: «Нет, кот республиканца из колоний до смерти запытал. Что?!. Почему затрахал? Ты по себе-то не суди, кошка драная, тебе бы только пи… потешить».

Забавная перепалка Высшей с её подчинёнными пролетела мимо сознания, куда весомей оказалась откровенная радость моей кошки. Значит, она действительно всё спланировала. Какая-то зубодробильная психология. Смерть знала, что кто-то из кошек в конце придёт с предложением наставничества, и сделала через Милену всё, чтобы приблизить этот момент. Провоцировала. Хотя и без неё, своими силами, мы этих провокаций напридумывали — ешь не хочу. Однако в чём именно состоял её глобальный замысел, я так и не понял. Неужели только в Викере? Нет, придётся ждать объяснений, у меня концы с концами не сходятся. Хреновый, видимо, из меня Высший.

Кошка совещалась минут десять, не меньше, и всё это время я висел на открытом канале, вглядываясь в пустое облако голограммы. Наконец в нём сформировался образ моей персональной Смерти, забравшей сегодня через меня свою первую жертву. Кошка больше не улыбалась, но ощущение довольства никуда не делось.

— Представляешь, эти кошки драные посчитали твои сегодняшние подвиги невосполнимой потерей для Экспансии, в размере сразу двух единиц. Один — затраханный до смерти, другой — на время, пока трахает.

— Это всё, что ты хотела мне поведать? — индифферентно поинтересовался у Высшей.

В ответ Тина мгновенно подобралась и воззрилась на меня своим фирменным безэмоциональным взглядом.