Читаем Королева вестерна (СИ) полностью

Плачу, нет, рыдаю взахлеб. Неужели все позади? Или все только наоборот начинается? Не хочу никуда уезжать без него, прошу, чтобы немедленно уволился из казино. Твердо обещает к моему возвращению оттуда уйти. Обнимаемся, никак не можем наговориться в этот тихий предрассветный час. О том, чтобы лечь спать не возникает и мысли. Оба слишком возбуждены и взбудоражены открывшимися перспективами. Мечтаем о том, как я, вернувшись из Греции, спущусь с трапа на своих ногах — грациозно, с прямой спиной, как балерина. Длинные светлые волосы будут развиваться на ветру, на мне будет короткое красное платье, которые не скроет красивые и здоровые ноги.

— Алена, я должен тебе в кое-чем признаться, — говорит Сашка, трепетно сжимая мою ладонь.

— В любви? — шучу я, а сама предчувствую что-то нехорошее.

— И это тоже, конечно. Но дело в другом…

— Так в чем же? Не томи, говори, Саш.

— В общем, я ни дня не проработал страховым брокером. Прости за обман.

— Как же ты зарабатывал на жизнь, когда мы познакомились? — удивляюсь я.

— Я всегда работал на дядю — брата моего отца. Он глава группы, специализирующейся на кражах и грабеже, и сколоченная им еще в лихих 90-х годах. Ему под 70 лет, а он все держится на плаву. Я исчез год назад, потому что находился под следствием. Меня поймали на организации грабежа крупного супермаркета, держали в СИЗО больше года, поэтому тебе не звонил, не писал и не объявлялся. Легавые не смогли ничего доказать и прямо в зале суда меня выпустили. Ну, там дядя вмешался, конечно, отмазал. Теперь, когда ты знаешь правду, умоляю тебя: не прогоняй меня! Я со всеми этими противозаконными делишками завязал, от дяди отделился, и я реально хочу начать новую жизнь с тобой. Прошу, поверь мне.

Я устало прикрываю веки и чертыхаюсь. Вот только воровской романтики не хватало в моей истории! И что мне теперь делать с этой информацией, скажите на милость? Саша — грабитель. Глупо и по-детски брать сейчас с него слово, что он «больше так никогда не будет делать». У него есть своя голова на плечах, так пусть пользуется ею.

— Скажи, хоть что-нибудь, — жалостливо просит он.

— Пойдем спать, Саша. Сегодня выдался слишком тяжелый день.

Наступает день моего отлета. Сашка отпрашивается с работы и везет меня в аэропорт. Конечно, с нами едет и моя инвалидная коляска — без нее пока никуда. В Греции меня встретят работники реабилитационного центра, которые уже ждут моего приезда. Саша все проплатил наперед. Не могу избавиться от нехорошего предчувствия, тело бешено трясет, как в гриппозной лихорадке. Еще немного и со мной случится паническая атака. Пару раз у меня была уже эта страшная штука: ощущение близкой смерти, ужаса, невозможность говорить и дышать. Теперь, как огня боюсь этого состояния, и чтобы отвлечься начинаю тихо петь детскую песенку.

— Ты чего, Ален? — улыбается Сашка, — хотя продолжай, мне очень нравится, как ты поешь. У тебя такой приятный голос, как у русалки из сказок. Никогда не думала стать певицей?

— Нет, у меня страх перед публикой.

— Моя любимая вся соткана из фобий и страха, — беззлобно констатирует он, — но это ничего, мы справимся с любым твоим тараканом, даже самым вредным.

— Сааааш, а давай я никуда не полечу, а? У меня плохое предчувствие, — никак не могу унять дрожь во всем теле. Кажется, у меня даже поднялась температура на нервной почве.

— Аленка, все будет хорошо, настройся на позитивную волну, — сжал мою руку Саша.

— Что-то случится, — задумчиво говорю я, — может, мой самолет рухнет?

— Перестань, любимая! На земле аварии случаются чаще, чем в воздухе. Твой самолет очень хорошей авиакомпании — не переживай! Все будет так, как мы задумали: вернешься и величественно, как королева, сойдешь с трапа на своих ногах.

Еще долго обнимаемся в аэропорту, пока не объявляют посадку на рейс. Обходительный сотрудник помогает мне занять свое место. Уныло смотрю в окно, и молюсь — пусть все будет хорошо.

Мой полет составлял всего три часа. Мне же показалось — вечность. Самолет мягко приземлился в аэропорту Афин. Пассажиры по традиции аплодируют пилоту и двигаются на выход. Сижу в ожидании помощи и размышляю: что меня здесь ждет? Мне помогут встать на ноги? Во всяком случае, я приложу максимум усилий, чтобы Сашкины деньги не пропали даром. Я отправляю ему смс, что благополучно долетела. Впереди еще примерно 300 километров до Салоников — города, где собственно располагается мой реабилитационный центр.

Первое впечатление от этой страны было не очень приятным. Дело в том, что кто-то взял мою коляску и увез ее в неизвестном направлении, подумав, что она общественная. Как же я пожалела, что не придала ей каких-то индивидуальных черт! Можно было, например, заказать диски на колеса со своей фотографией или с каким-нибудь принтом. Обязательно сделаю это в следующий раз!

Сашка ответил, что утрата кресла — знак судьбы. Значит, лечение мне поможет, и оно больше не понадобится. Но я куда более реалистично смотрю на вещи, поэтому жутко расстроилась.