Читаем Королева умертвий полностью

А вот это уже совсем нехорошо! Тегамор быстро отдернула руку. Теперь она поняла, почему «бегуны» не сумели доставить ей камни из Ракштольна. Очевидно, часть ее посланцев превращалась в туман, а остальные спешили избавиться от опасной ноши и выдумывали небылицы одну другой краше: напали тролли и все камни отобрали и съели; камни превратились в жаб и ускакали; пришлось бросаться этими камнями в войско врагов, поскольку под рукой не оказалось никакого другого оружия…

Тегамор ни мгновения не верила всей этой нелепой лжи, но поделать ничего не могла и только скрежетала зубами от ярости.

Да, теперь, когда она все увидела собственными глазами, многое стало яснее.

Несколько раз Тегамор казалось, что она теряет связь с реальностью. В глазах у нее все мутнело, она начинала видеть как будто сквозь туман, но потом все опять прояснялось. Она считала, что все это — из-за шарфа, которым она завязывала лицо, и из-за непривычно яркого света. Но затем она взглянула на свою руку и увидела посреди ладони все ту же спираль: белые бесплотные нитки вращались, словно их закручивала какая-то неведомая сила.

Тегамор дунула на свою ладонь, и нитки разлетелись в стороны. Вновь открылась бледная кожа магини. Бледная, чистая и не затронутая никакими посторонними явлениями.

Определенно что-то здесь происходит.

Неожиданно мерный ход мыслей магини был нарушен. Она увидела на земле некий предмет, который мгновенно и полностью завладел ее воображением.

Это была желтая ткань, на вид очень прочная и, что еще интереснее, по форме повторяющая человеческое тело. Как если бы с какого-нибудь человека очень аккуратно и чрезвычайно умело, без единого повреждения, сняли кожу целиком.

Вот это да! Тегамор остановила лошадь и спрыгнула на землю. Ее слуги повалились рядом в траву. Они тяжело дышали — их силы были на исходе. Им следовало бы поесть, потому что магиня растратила почти все свои ресурсы на себя лично и с некоторых пор перестала кормить охранников.

Разумеется, она отдавала себе отчет в том, что ослабевший охранник ни на что не годится. Но, рассуждала Тегамор, с другой стороны, если с голоду умру я, им вообще некого будет охранять и их никчемное бытие вообще лишится какого бы то ни было смысла.

Желтая кожа! Тегамор протянула к ней руку, убрала, снова потянулась… Наконец она решилась и дотронулась до предмета.

Теплый, как будто живой, но в то же время абсолютно неживой. Ни присутствия собственной воли, ни каких-либо ментальных сигналов магиня не улавливала.

Просто кожа.

Но какое существо способно на это? Тегамор о подобных вещах никогда не слышала, а уж она-то слышала и читала немало. Ей уже хотелось владеть этим артефактом. Она не знала его происхождения, понятия не имела о том, как его использовать, но упустить вещь подобной силы и фактуры магиня попросту не могла.

«Кто же оставил тебя здесь? — думала она, ощупывая кожу так, как покупатель в лавке ощупывает материю на плащ. — Может быть, это ловушка? Западня, расставленная охотником? Растянутая на земле кожа очень похожа на ловушку. Ступишь на середину, а кто-то невидимый дернет за веревку, и мешок захлопнется… Но нет, я не чувствую здесь никаких „веревок“… Может быть, владельца этой вещи убили? Но где его тело? И где кровь? Если бы здесь пролилась его кровь, мои носильщики давно ее почуяли бы и начали бы вылизывать землю… Странно все это».

В конце концов жадность все-таки взяла верх. Тегамор взяла свою карту и положила ее на желтую кожу. По размеру как раз подходило. Очень удачно, потому что пергамент нужно было подшить. Да, желтая кожа идеально подойдет для такого дела. А вот сюда нужно вживить камень из Ракштольна…

Тегамор вынула камень и вдруг вскрикнула: камня больше не было. Сгусток тумана пополз у нее между пальцами, пятная белым ее грудь, руки, живот… Туман медленно разъедал плоть Тегамор, развоплощал магиню, превращал ее в нечто бесформенное, грязновато-серое, не имеющее четких очертаний. Обычно заражение чумой заканчивалось развоплощением дня через два, но только не в этот раз. Тегамор столько раз экспериментировала над собой, что ее плоть поддалась чуме практически мгновенно.

Тегамор закричала — и продолжала кричать даже после того, как у нее не стало гортани и голос ее стих. Вопль гнева и отчаяния продолжал звучать в ее потрясенном сознании.

* * *

Ринан Сих плавал в тумане. Он отталкивался ногами от земли, и туман подхватывал его, позволяя медленно пролетать низко над серой травой. Неожиданно перед инквизитором возникла женщина — точнее, клочья плоти той, что некогда была женщиной. Под ее несуществующими, похожими на два перьевых комка грудями тряслись серебряные кинжалы. Очевидно, когда-то эти ножи были частью ее облика. Впрочем, в тумане ничего нельзя сказать наверняка.

Женщина была охвачена ужасом и гневом. Ринан Сих понял, что обязан успокоить ее. Он приблизился и коснулся ее руки. Их пальцы сплелись и стали единым целым.

— Кто ты? — спросил он. — Почему ты испытываешь страх?

— Я Тегамор, — прошелестело в ответ. — Я не хочу… Не хочу…