Читаем Королева ульев полностью

Королева повела головой, осмотрела пейзаж, лес и поля внизу, реку, небо, вздохнула полной грудью запах улицы и удалилась. Ей понравилось тут, за пределами покоев, здесь было хорошо. Надо будет когда-нибудь позже, когда страсти улягутся погулять ещё…

Наивные… Все десять королев восставших ульев пришли в покои Титы, они пришли сюда без стражи, без оружия, огромные матки. Проделав опасный, трудный для королев путь, под открытым небом. Ведь в большинстве случаев королевы старались не покидать свои уютные, тёплые, надёжно защищённые норы, покои. Они вошли в комнату приёма, и с трудом поместились тут все, ведь королевы, особенно взрослые весьма велики, весят иногда до сотни килограмм, в то время как даже элитные воины имеют массу не более десяти кило. Но они поместились и гордо стояли все тут.

— Ты желала нас видеть Тита, мы готовы преклонить перед тобой колени. Прости нас…

— Вы восстали против меня! — злобно взвизгнула Тита.

— Но…

— Вы убивали моих воинов. Много воинов!

— Мы скорбим, но наших погибло тридцать миллионов, гораздо больше.

— Я не оставлю это так, безнаказанно.

— Но ты дала слово, слово дипломатии не рушимо.

— Так гласят традиции? — Съехидничала Тита.

— Да Тита, и обещания нужно держать.

— Я вас завоевала, вы проиграли, я перехитрила вас, вы пришли сюда, это называется стратегия.

— Мы пришли, потому что ты по обещала нам мир, — заволновалась Ида. И остальные королевы тоже испугались, поняв, что Тита хочет сделать с ними что-то страшное. А ведь королева это не воин трутень, королева хочет жить, и боится смерти больше, чем любой другой индивид.

— Я не убью вас, — успокоила их Тита, — я накажу вас иначе.

— Как?

Несколько стражников оголив копья встали между Титой и остальными королевами, а то, у королев всё-таки было одно природное оружие, коготь на правой лапе, которым взрослая королева могла бы легко убить Титу. Тита пододвинула у Идее небольшой пенёк и сказала:

— Ложи сюда свою правую лапу!

— Но… — Один из стражников бесцеремонно не сильно ткнул Иду своим копьём, пробив верхних слой кожи. Небольшая капля жёлтой королевской крови капнула на пол, Ида молча повиновалась, и, наклонившись, положила свою правую лапу на пенёк. Тита подошла к ней, взяла лежавший рядом стальной топор, размахнулась, и прежде чем остальные королевы успели сообразить, отрубила у Иды правую лапу по локоть. Та дико закричала, и встала на дыбы, брызгая во все стороны кровью из лапы. Остальные королевы завыли, но Тита громко крикнула:

— Стоять.

Ида, подвывая, держась за правую лапу остановилась, пытаясь остановить кровь, из глаз её густо лились слёзы, ей было очень плохо. Жалкое зрелище, беременная королева с отрубленной лапой, а ведь у королев не было гормонов подавляющих боль, как у других трутней, они не привыкли к насилию, им не отрубали лапы таким варварским способом. Тем временем, в комнату вбежал лекарь, перетянул обрубок лапы Иды жгутом, и закрыл специальным бинтом, остановив кровь. Прошла ещё минута, и лекарь справился с раной, оперативно замотав обрубок, но Ида продолжала реветь, ей было очень больно. Остальные королевы тоже не понимали, это было очень жестоко. Убивать каждого пятого трутня, это страшное наказание, но отрубить лапу королеве, это было просто чудовищно, настолько чуждо их мировосприятию, что они не могли понять причину такой жестокости, не могил осознать, какая дикость происходит здесь.

— Следующая. — Грозно крикнула Тита.

— Что следующая? — Переспросила одна из королев.

— Лапу давай, — ткнул королеву один из стражников копьём.

— Зачем?

— Отрубить.

— Не надо.

Стражник уколол королеву копьём сильнее, за неё некому было заступиться, потому что её собственную стражу в улей Титы не пустили, королева была одна. Она начала плакать ещё до того, как ей отрубили лапу, заранее, ревела и умоляла не делать этого. Даже стражники Титы, после всего, что произошло сегодня, после миллионов смертей погибших в боях, и то чувствовали себя не в своей тарелке, при виде плачущей беременной вражеской королевы. Так было не принято, нельзя калечить королев, но у Титы не было памяти о кодексе чести, у Титы в голове были лишь труды по политологии и холодная расчётливая математика, она быстро и решительно отрубила по локоть очередную лапу, очередной восставшей королеве. И в Тите не было не капли сожаления, она не считала, что сама вынудила их на восстание, она не понимала как им плохо, из-за того что их против воли оплодотворили, и собирались забрать дочь, сделать из неё машину рождения лишённую разума. Изуродовать.

— Что теперь? Ты отпустишь нас? — Собравшись с силами, спросила Ида.

— Нет, не отпущу, больше я не дам вам даже шанса восстать.

— Но мы должны править своими ульями…

— Отныне ими будут править мои наместники. А вы станете моими вечными гостями, если ваши подданные захотят потомства, они будут приходить в ваши покои в моём улье, и вы будете оплодотворять их. Но всё будет происходить на моей земле, а если они восстанут, то я вас всех убью.

— Но это…