Читаем Королева дождя полностью

Женщина жестом попросила Кейт помочь ей идти. Но прежде чем предложить ей руку, Кейт подняла тяжелое ружье, автоматически проверила, нет ли в стволе патрона, хотя и знала, что из него только что стреляли. В ноздри ей ударил запах оружейной смазки, вызвав воспоминание — картину, вытащенную из прошлого…

Жаркое солнце, сухая трава. Маленькая девочка, делающая медленные, осторожные шаги — бесшумные, как у кошки. Ни одна веточка не хрустнула, ни один лист не зашелестел у нее под ногами. Она не сводит глаз с руки отца. Он дает ей знак: «Остановись!» Размахивает руками, словно безумный. Он что-то увидел. Она замирает, так и не опустив ногу, раскачивается на одной ноге. Он приседает, прицеливается — выстрелы! Тишина и неподвижность внезапно разрушаются. Он улыбается. Она громко смеется. Сегодня у них будет знатный ужин…

Холодное и тяжелое ружье тянуло руку Кейт к земле, пока она подходила к соседке. Внезапная близость смутила ее: седой локон коснулся ее щеки, и она вдохнула слабый запах пота, смешавшийся с мускусным ароматом духов.

Вдвоем они двинулись к задней веранде, где стояло деревянное кресло скваттера. Оно немного выступало из-под навеса и было повернуто к выложенному кирпичами кругу, где несколько полусгоревших поленьев лежали вокруг холмика дымящейся золы.

Кейт уже знала об этом очаге на улице: женщина зажгла здесь первый костер наследующие же день после своего приезда. Когда Кейт заметила дым, то предположила, что новый сосед сжигает сухие ветки. Она заглянула в сад, стараясь не сильно высовываться над забором, и увидела седовласую даму: та сидела у костра и просто смотрела на огонь. Через несколько часов сцена осталась неизменной. А когда опустились сумерки, над костром появились походный котелок и небольшая жаровня, и женщина начала готовить ужин…

— Кому мне позвонить, чтобы попросить приехать? — спросила Кейт, когда они дошли до кресла.

— Нет-нет, со мной все хорошо, — отозвалась соседка. — Я привыкла к одиночеству. — Акцент женщины невозможно было определить: он не был ни австралийским, ни британским, хотя напоминал и тот и другой; но в нем присутствовало и что-то еще.

— Ну что ж… — Кейт оглянулась, размышляя, что следует предпринять. — Может, принести вам попить?

— Спасибо. — Женщина улыбнулась, и в уголках ее глаз появились морщинки.

Кейт внезапно подумала, что соседка, наверное, когда-то была очень красива. Впрочем, остатки красоты еще сохранились: ее волосы, хотя и поседели, оставались густыми и блестящими; у нее были крепкие кости, и поэтому ее лицо старело красиво, естественно. Кейт заметила, что одежда соседки напоминает ту, в которой работают в саду: старые брюки цвета хаки и неглаженая льняная рубашка. «Похоже, она тоже не празднует сегодня Рождество», — подумала Кейт.

— В холодильнике есть свежий лаймовый напиток. — Женщина указала на черный ход. — А на полке в кладовой — два стакана.

Черный ход вывел Кейт прямо в старомодную кухню. У одной стены находилась дровяная печь, а в центре помещения стоял стол из отбеленной сосны. Еще в кухне была раковина и несколько встроенных шкафов — и все. Не было видно ни чашек, ни мисок, ни кастрюль, ни бутылок, ни кувшинов. И никаких признаков продуктов. Даже если учесть, что женщина приехала недавно, кухня все равно поражала пустотой.

Кейт пересекла помещение и открыла холодильник. Он тоже был почти пуст. Там лежали несколько морковок, одно яблоко, пачка масла и стоял белый фарфоровый заварочный чайник. Кейт покачала головой и подумала, что соседка, скорее всего, безумна: стреляет в змей, готовит обед в саду и держит заварочный чайник в холодильнике. Но когда Кейт сняла с него крышку, чтобы посмотреть, что внутри, в нос ей ударил сильный запах лайма. Присмотревшись, она увидела плавающие в напитке большие куски какого-то фрукта с зеленой кожурой. Она покосилась на окно. Женщина все еще была там, где Кейт ее оставила, но не отдыхала: она сидела прямо, словно аршин проглотила, и пристально смотрела на черный ход, ожидая возвращения Кейт.

Кейт налила напиток в стаканы и вынесла их во двор. Соседка попросила ее поставить стаканы на землю у очага, а затем принести с веранды второе кресло. Кейт наконец села и осторожно глотнула напиток. Он оказался холодным и кислым — почти не подслащенным — и очень освежающим. Кейт уловила какой-то непонятный привкус и, смакуя, сделала еще один глоток, пытаясь определить, что добавлено в напиток.

— Базилик, — неожиданно произнесла соседка.

— Ага, — кивнула Кейт.