Читаем Королева без башни полностью

– Прекрати, – разозлилась Катерина, – ну почему у нас в России так парятся из-за возраста? Вон Клава [16] до сих пор в рекламе снимается и бросать не собирается. Эль Макферсон [17] косметику представляет, а ведь она дезертир с кладбища, ей почти полтинник. А наши, едва двадцать один стукнет, бегут ботокс колоть. Ну ладно, пусть Клампенски тебя не отберет, но все равно приятно захапать Гран-при. Выйдешь замуж, будешь потом твердить:

– Дорогой, ради тебя я бросила фэшн-бизнес, ушла на пике карьеры со званием «Королевы красоты» престижной дорогой фирмы, которая собиралась сделать меня своим лицом. Следующие десять лет я бы летала по всему миру, представляя «Комареро».

Сандре стало смешно.

– Кать, очнись! До того, как ты рассказала про конкурс, я даже этого названия не слышала! «Комареро» не Диор, не Шанель, не Кензо – ерундовая, неизвестная фирма.

Катерина вскинула брови.

– Твой мужик фэшнмэн? Различает брэнды? Сидит на показах в первых рядах?

– Нет, – удивилась Сандра, – ты же знаешь, он до знакомства со мной думал, что Карл Лагерфельд [18] это какой-то оперный певец.

– Вот и замутишь ему мозги, – довольно заявила Катя, – парни обожают, когда ради них бабы свою жизнь меняют, и радуются как дети, говоря всем: «У меня жена королева красоты».

Сандра – девушка боязливая, но Катя была очень убедительна. Она твердила:

– Не сомневайся. Все схвачено. Если ты откажешься, Гран-при без владелицы не останется. Зяма отдаст его другой. Соглашайся, еще и денег сэкономишь, целый месяц, а то и больше, поживешь бесплатно на базе, получишь подарки от спонсора…

Сандра замолчала. Когда пауза излишне затянулась, я спросила:

– И ты согласилась?

Сандра кивнула:

– Да, но сразу пожалела.

– Почему? – насторожилась я.

Собеседница протяжно вздохнула.

– Катя легкий человек, с ней жить удобно, ни капризов, ни заскоков. Мы всегда быстро договаривались, она уступчивая, никогда не будет на своем настаивать, способна мнение поменять. Не злая, не завистливая, не жадная.

Я снова превратилась в слух, а Сандра продолжила рассказ.

Естественно, девчонки не собирались трубить на всех углах о своих тесных отношениях, наоборот, они весьма убедительно сделали вид, что впервые увидели друг друга в офисе «Комареро», откуда стайку конкурсанток, отобранных из большого количества желающих, повезли за МКАД.

Катя держалась как обычно, не демонстрировала никаких эмоций, но, когда автобус въехал во двор особняка, неожиданно ойкнула, а потом спросила у Зиновия:

– Куда это нас доставили?

Зиновий встал, взял микрофон и начал вещать голосом профессора:

– Вы прибыли на репетиционную базу. Здесь мы проведем некоторое время вместе, будем готовиться к шоу. Каждой участнице предоставят отдельную комнату. Покидать дом запрещено. Если увидим, что кто-то ослушался, немедленно снимем с соревнований.

– Мы будем здесь жить? – прошептала Катерина.

– Тебе не нравится? – поинтересовался Зяма.

– Очень неуютно, – пробормотала Катя. – МКАД почти во дворе.

– Ну ты не на всю жизнь тут поселишься, – вступила в беседу Рита. – Можно и потерпеть! И не следует звездить, пока никаких оснований на это у тебя нет.

– Я хочу получить комнату в конце коридора, – внезапно заявила Катерина, – самую-самую последнюю, в закутке, хорошо?

– Все помещения одинаковые, – пожала плечами Рита, – но твоя просьба вполне выполнима.

Сандра с удивлением посмотрела на подругу. Ее поразило поведение Кати, ранее та никогда не капризничала.

Сандра поежилась и тихо продолжила:

– Через какое-то время я сообразила: Катерина отлично ориентируется в доме. Мы все путались, искали туалет, ванную, кухню, а она спокойно ходила по коридорам. Вернее, мне казалось, что спокойно, а потом…

Собеседница запустила руку в волосы, разрушила тщательно уложенную прическу и перешла почти на шепот. Мне пришлось напрячь слух, чтобы понять, о чем она говорит.

Незадолго до полуфинала, поздно вечером, почти ночью, Катерина заглянула в спальню к подруге и сказала:

– Зайди ко мне.

Сандра, уже почти заснувшая, вяло удивилась:

– Сейчас?

– Да, – кивнула Катя.

Сандра не любит тапочки, поэтому она надела голубые лаковые ботинки и потопала в самый конец извилистой галереи. Едва девушка втиснулась в каморку Катерины, как та воскликнула:

– Я ухожу!

– Куда? – не сообразила Сандра.

– Не знаю, – нервно сказала Катерина. – Уезжаю!

– Что случилось? – испугалась подруга. – Неприятности с тотализатором? Зяму с Ритой заподозрили?

Катя села на кровать и начала истерически смеяться:

– Если бы ты только знала! Нет, с тотто-лотто полный порядок. Они меня обманули! Не знаю, что они затеяли, но затеяли точно! Сто пудов! Иначе бы все рассказали. Сволочи. «Потерпи, так надо»! Я чуть не умерла, когда сюда вошла! Ну ничё, они у меня еще попляшут, когда… Ладно, это неинтересно.

– Да что происходит? – перепугалась Сандра. – Тебе плохо?

– Совсем, – призналась Катя, – хуже некуда!

– Может, расскажешь? – робко попросила Сандра. – А я попробую помочь.

Катя захлебнулась нервным смехом.