– В письменном столе старика Груздева я нашел историю болезни дочери. Наташа страдала биполярным расстройством. Она ранее посещала психиатра, принимала соответствующие лекарства.

– Маниакально-депрессивное состояние, – пробормотала я.

– Знаешь, что это такое? – поинтересовался Макс.

– В общих чертах, – ответила я, – больной словно раздваивается, подвержен резким перепадам настроения. То излишне активен, то впадает в глубочайшую депрессию. Радуется жизни, способен запланировать сто встреч на один час, а через сутки валится в кровать и не шевелится.

– Довольно точное описание, – похвалил меня Макс. – В принципе, такого человека вполне возможно удерживать в состоянии равновесия. Ему необходимо принимать соответствующие таблетки. Но Наташа, похоже, их не пила, в доме медикаментов не найдено.

– Пилюли дорогие, а денег нет, – предположила я. – По почему родители не озаботились состоянием дочери?

Макс взъерошил волосы.

– Тут такая ситуация. Наталья не родная дочь Груздевых. Ее удочерили совсем малышкой. Первые признаки психиатрического заболевания у девочки появились в подростковом возрасте. Врач, к которому обратился старик Груздев, похоже, был хорошим специалистом, но он скончался, когда Наташе исполнилось двадцать лет. Более Михаил Матвеевич ни к каким докторам дочь не водил.

Я вздохнула.

– И почему это меня не удивляет? Готова поспорить, что любящий папаша не платил за лечение денег, доктор пользовал Наташу бесплатно, а когда он ушел из жизни, Груздев и не подумал обратиться куда-нибудь еще! Ладно, с лечением несчастной более или менее ясно. Груздев мог отвести дочь в диспансер, где ей выписали бы рецепты. За визит к бесплатному врачу раскошеливаться не надо, но потребуется пойти в аптеку. Не представляю, сколько могут стоить препараты для лечения биполярного расстройства, но предполагаю, что это не копейки.

– Груздеву было жалко и медной монетки, – мрачно напомнил Макс.

– Сплошные странности, – сказала я. – Зачем они взяли на воспитание девочку?

– Обычная практика для бездетных пар, – пожал плечами Макс. – Хотят ребенка, а свой не получается.

– Груздевых нельзя назвать любящими родителями, – заспорила я. – Скрягами не становятся, ими рождаются! Судя по найденной мною на чердаке одежде, Михаил Матвеевич с давних пор копил даже сношенные тряпки. И на тебе, новый сюрприз – в сундуках полно детской одежды разных размеров и видов!

– Они хотели получить бесплатную прислугу, – перебил меня муж. – Брали девочку с расчетом на то, что она, став чуть постарше, будет ухаживать за папочкой и мамочкой. Что, в конце концов, и получилось.

– Одежда, – бормотала я, – почему скряга приобретал несколько платьиц? Не в его привычке тратить деньги! Маленькой Наташе с лихвой бы хватило на лето сарафанчика, а на зиму халата из байки. А наверху много одежды, плохой, дешевой, уродливой, но целый ассортимент! И зачем Груздеву наряды для мальчиков?

Макс хмыкнул:

– Понятия не имею.

– Согласись, это странно, – не успокаивалась я, – одна Наташа и гора шмоток, в том числе мальчуковых.

– Забирали у знакомых, – выдвинул свою версию Макс. – Многие люди не могут выбросить хорошие вещи, но они им не нужны, поэтому они отдают всякие там штаны-рубахи-юбки знакомым. Старик патологически скуп, вот и забирал, а потом складировал.

– Что-то мне здесь не нравится, – бубнила я. – А где Антон?

– Ему стало плохо, – пояснил Макс, – его отправили в больницу, он в обморок упал. Да кто бы на ногах устоял, увидев, что натворила жена!

– Ужасно, – еле слышно сказала я, – наверное, надо сообщить его матери. Она живет тут неподалеку. Дом стоит на другой стороне МКАД, надо лишь перейти дорогу по переходу.

– Откуда ты знаешь? – удивился Макс.

Я рассказала о безуспешных попытках Антона продать «покойника» и прибавила:

– Номер квартиры я не выяснила, но женщину с фамилией Лидияалексеевская легко отыскать. Вроде ее зовут Нина Егоровна.

– Лидияалексеевская? – повторил Макс. – Мда.

– Странные бывают фамилии, – кивнула я.

Макс вытащил из кармана наладонник, соединился с одной из своих сотрудниц и велел:

– Лена, живенько выясни паспортные данные родителей Антона Пулкова. Ага, секунду, записываю.

Глава 25