Читаем Королева полностью

— Берите стрелу и возвращайтесь в дом, — поторопил ее Гарри. — Мы с Дженксом закончим здесь и еще поговорим до вашего отъезда.

— Вам нужно, чтобы я держала фонарь.

— Ступайте, присмотрите за моей матерью, — настаивал лорд Кэри, сбрасывая плащ и принимаясь неуклюже, одной рукой помогать Дженксу сгребать землю обратно в яму. — Для этого нам света хватит.

Но чтобы рассмотреть обломки стрелы, Елизавета подняла фонарь, который полностью осветил не только их, но и ее лицо.

— Пожалуйста, ступайте, Елизавета, — с раздражением в голосе повторил Гарри.

Принцесса была уверена, что слышала чей-то короткий вздох, но он не принадлежал ни одному из пришедших с ней мужчин и уж наверняка это вздохнул не бедняга Уилл. Она поставила фонарь на землю и закрыла его ногами и плащом, чтобы вглядеться в темноту, но глаза привыкали слишком медленно. Ей показалось, что там, возле церкви, что-то вдруг зашевелилось. Быть может, кто-то услышал, что они копают, и пришел посмотреть? В листьях шелестел ветер, а лопаты скребли по земле. Да, перед отъездом она еще раз заглянет к тете. Но вдруг Елизавету осенило.

— Стойте, — приказала она, и мужчины замерли с лопатами в руках. — Вы говорили, кузен, что Уилл был предан мне. Я хочу дать ему это, хоть он никогда и не узнает, какую поистине неоценимую помощь оказал своей будущей ко… то есть своей принцессе. — Она запустила руку под рубашку и сняла с шеи распятие на изящной цепочке. Сестра подарила его Елизавете на Святки, задолго до смерти их отца.

— Кто-то другой найдет его, когда Уилла раскопают и перенесут его кости в склеп, — сказал Гарри, и Елизавета приготовилась к новым возражениям. — Но говорю вам, Уилл гордился бы этим… И кто знает, может быть, он все видит, а?

Елизавета кивнула, но молитва, которую она собиралась произнести, застряла у нее в горле. Хотя кузен посоветовал ей забрать фонарь с собой, она оставила его мужчинам и поспешила выйти за ворота.

Глаза принцессы наконец привыкли к темноте, потом путь осветили огни далекого дома. Елизавета сжимала стрелу затянутой в перчатку рукой; она обернет ее тканью и положит в седельную сумку. Позже она тщательно осмотрит ее, быть может, найдет какого-нибудь знатока и попросит взглянуть.

Подходя к черному ходу, Елизавета увидела перед собой девушку. Та не могла проскользнуть через задние ворота, следовательно, вошла через главный вход. Елизавете не был знаком ее силуэт. Наступила полночь. Кто же еще, кроме Гленды, которая сидит у постели своей госпожи, бодрствует в такое время? Елизавета подкралась ближе. Она разглядела, что девушка молодая и стройная. В руке незнакомка держала букет цветов или, возможно, пучок трав. Это напомнило Елизавете, что она собиралась попросить Гарри устроить ей встречу с Мег Миллигру. Быть может, это она и есть, но ростом девушка была гораздо ниже, чем описывал лорд Кэри…

Принцесса продолжала наблюдать, а девушка тем временем просунула голову в двери и исчезла внутри.

Елизавета подошла к одностворчатому окну в задней стене кухни и заглянула в него. В комнате никого не было, кроме незнакомой девушки. Она быстро разожгла лучину, воспользовавшись для этого единственной сальной свечой на столе, открыла дверь в подвал и стала спускаться по ступенькам. Все это время Елизавете была видна только ее спина.

Принцесса огляделась, чтобы проверить, не догоняют ли ее Гарри и Дженкс. Никого. Тишина и темнота. Елизавета не осмелилась позвать мужчин. Она подошла к двери в кухню и шагнула внутрь. Сняв перчатки с длинными защитными манжетами, позаимствованные у тети, Елизавета положила их с двух сторон от сломанного древка, чтобы прикрыть его. Она наклонилась и положила его в углу комнаты, за вертелами и цепями очага, где его никто не увидит и откуда она позднее сможет его забрать.

Елизавета снова прислушалась, надеясь услышать шаги мужчин, но тишину нарушал лишь приглушенный шум, доносившийся со ступенек погреба. Если сомневаетесь, ничего не делайте и ничего не говорите. Но она должна удостовериться, что незваная гостья не поджигает особняк и не затевает еще что-нибудь опасное.

Елизавета взяла со стола свечу, насаженную на острие плоского латунного канделябра, и начала спускаться по неровным каменным ступенькам, ощупывая свободной рукой сырую стену. По-видимому, девушка спустилась глубже в сгустившуюся под сводами тьму, если только не затушила лучину и не притаилась внизу за бочками.

Услышав шаги незнакомки дальше по лестнице, Елизавета оставила свечу на ступеньке и начала осторожно пробираться вперед, по-прежнему ощупывая рукой стену. Похоже, погребом пользовались нечасто и пауки были в нем полноправными хозяевами. Елизавета скривилась и часто заморгала, когда прошла через паутину и та прилипла к ее ресницам и влажному лицу.