Читаем Король (СИ) полностью

Аллель резко обернулся и тоже посмотрел на ее жениха. Даан вскинул голову, словно его позвали по имени, хотя оба хранили молчание. Бьянку очень забавляла их хамская манера общаться мысленно, в то время как рядом были люди, не слышавшие ни слова. Все равно что шептаться в обществе.

— Вам нужно усвоить немного хороших манер, если хотите жить при дворе, – сказала княжна, наблюдая за немым диалогом. Лицо Аллеля было непривычно оживленным, а Даана все больше бледнело.

— Если бы вы посвятили меня в вашу тайну, я смогла бы помочь советом, – продолжала она, нахмурившись. Литиаты полностью проигнорировали ее попытки привлечь к себе внимание.

Аллель вдруг улыбнулся и, махнув рукой ехавшему позади них Андору, развернул лошадь и поехал обратно. Даан опустил голову, отрицательно мотнув.

— Куда он? – Бьянка привстала в седле, глядя вслед покинувшему их литиату.

— Других себе найдут, говоришь? – спросил маг, взглянув на нее.

Княжна поняла.

Велиамор, словно почувствовав, обернулся и придержал коня, оглядывая едущих позади.

— Где он? – спросил советник обеспокоенно, остановив взгляд на братьях. Андор молчал, тоже не зная, куда подался Аллель. Солдаты заметили переполох и всадника, оставившего обоз.

— Возвращается в Стоунхолд, – ответил Даан, не глядя на Велиамора, словно в поступке друга была его вина. Бьянке это не понравилось.

— Почему ты отпустил его? – выговаривал ему маг. Люди вокруг начали прислушиваться. Редко они могли быть свидетелями разговоров литиатов. Бьянка искала взглядом кого-нибудь из офицеров, чтобы попросить разогнать зевак.

— Он не слушал меня, – оправдывался Даан. – Я пытался задержать.

— Если с ним что-то случится, Кайна ответит мне, – произнес Велиамор угрожающе. Княжна помнила, что советник оставался вампиром, хотя успешно сдерживал темную натуру.

— Что может случиться? – спросила княжна, желая защитить жениха, выслушивающего незаслуженные порицания. – Он же маг.

— Да, он маг, – ответил ей Велиамор, смягчив тон. Бьянка была ему как дочь, и он любил ее не меньше чем Гордона и Виктора. – Но мы в Холоу.

— Он может встретить разбойников или крестьянскую дружину, – пояснил девушке Даан.

— Я не могу ехать за ним, – Велиамор мотнул головой раздосадованный выходкой брата.

— Я могу, – предложил Даан. Андор кивнул, давая понять, куда брат, туда и он.

— Нет, вы что? – возмутилась девушка. – А вам крестьяне не страшны?

— Вдвоем мы справимся с кем угодно, – возразил литиат.

— Нельзя затевать драк, война уже окончена, – советник вздохнул. – Вы настроите людей против магов, и Тибальд не сможет очистить страну от суеверий и нетерпимости.

— Но Аллель? – напомнил Даан.

— Надо было держать его за руку, когда мог, – ответил Велиамор и пришпорил коня, вернувшись к началу колонны.

— Ты ни в чем не виноват, – княжна коснулась плеча возлюбленного. Даан улыбнулся ей.

— Я знаю, – ответил он. – Никто не удержал бы его.

— Похоже, ты был прав, а я ошибалась, – девушка вздохнула, жалея, что до привала еще добрых полдня, а раньше она не сможет обнять его.

— Я не буду спрашивать чужих советов, – решил литиат, накрыв ее руку своей. – Если ты хочешь подарить мне несколько мгновений своей любви, я согласен принять их, а что будет после – неважно.

Княжна покраснела под его проницательным взглядом, выражавшим чувства лучше, чем слова или прикосновения.

7е. Первый летний месяц.

Николь смотрела в окошко на мелькавшие мимо деревья. Они ехали всю ночь и почти весь день, желая добраться до поселений, где можно было разбить лагерь и переночевать. Раненные нуждались в отдыхе и уходе, так же как и вымотанные войной и походом солдаты. Мадлена все время спала, набираясь сил. Когда она просыпалась, граф поил ее настойкой, оставленной Велиамором. Николь поражалась тому, как за эти дни он превратился в образцовую сиделку. Был серьезен и внимателен. Строго велел матери пить все до капли и спать, когда та порывалась сесть, а то и вовсе выйти на воздух. Женщина была слишком слабой, хотя выглядела уже гораздо лучше. Большую часть времени она спала, отвернувшись к стене и подобрав под себя ноги, благо, что широкое сидение позволяло вытянуться в полный рост даже мужчине. Николь вспомнила, как вот также везла мужа, забрав его из плена Лоакинора. Тогда граф тоже помогал ухаживать за ним. Николь ненавидела себя за то, что из-за нее они вновь поругались.

Граф в очередной раз поправил сползавшее покрывало и вернулся на место. Николь демонстративно отодвинулась подальше, но он не пытался больше прикоснуться к ней. Хотя по-прежнему шутил и дурачился, изобретая развлечения, чтобы не сойти с ума в дороге.

— Когда закат? – спросила королева, поглядывая на светлое небо.

— Не скоро, лето ведь, – ответил Кристиан задумчиво. Под вечер его веселость сошла на нет. Он тоже заскучал, глядя в другое окошко.

— Велиамор обещал заглянуть перед закатом, – говорила сама с собой девушка. – Значит, когда он приедет, будет уже недолго до привала.

— Думаешь, он в шатер к тебе придет? – спросил граф, не глядя на нее. За время пути Виктор ни разу не приблизился к карете, словно вообще забыл, что у него есть жена.