Когда первый приступ бешенства прошел, он подумал: «Ну что же, красотка- еврейка временно потеряна для меня, но зато сокровища ее мужа на месте!» В углу мастерской стоял большой стальной шкаф с маленькой замочной скважиной. Рене примерил ключ, взятый им с трупа Иова, — ключ как раз подходил к скважине.

Теобальд тоже подошел к шкафу и с блестящими глазами ждал, когда Рене откроет дверцу. Этот взгляд навел парфюмера на размышления.

«Придется делиться!» — подумал он и сказал вслух:

— Ну-ка, попробуй отпереть ты, Теобальд. У меня силы не хватает!

Ландскнехт подошел к шкафу и взялся за ключ. В тот же момент Рене взмахнул кинжалом и ударил Теобальда между плеч, как недавно ландскнехт ударил Самуила Лорьо.

Теобальд вскрикнул и упал на пол.

— У меня тоже верная рука, — хихикнул Рене, — благодаря этому я сэкономил более трехсот пистолей!

Он оттолкнул труп и сам взялся за ключ. Замок щелкнул, но едва дверь медленно повернулась на петлях, как Флорентинец вскрикнул и отскочил в ужасе.

Шкаф был совершенно пуст!

XXV

Рене долго простоял с открытым ртом перед денежным шкафом, в котором не было ничего, кроме двух мешочков и серебром.

«Но если Лорьо не прятал здесь своих сокровищ, — он, — то где же он прятал их? А может быть, она ограбила и сбежала?»

Однако ему пришлось сейчас же отказаться от этого положения. Ключ был на теле старого Иова, а если бы последний был соучастником Сарры, он тоже скрылся бы вместе с нею.

Значит, этого нельзя было предположить, и, вероятно, у ювелира был какой- нибудь тайник, где хранилось все его добро. Но где этот тайник? Объятый жаждой золота Рене принялся неистово искать тайник. Он переставил всю мебель, не заботясь даже, что шум может привлечь любопытство полиции или соседей. Он простучал и исследовал весь пол и стены, но нигде не было и следа какого-нибудь замаскированного хранилища. Вдруг свеча в его руках погасла, и из щели закрытых ставен блеснул дневной луч. Тогда только Рене опомнился и поспешил поскорее скрыться из дома. Отворив дверь, он осторожно выглянул на улицу и, убедившись, что она по- прежнему пустынна, бросился бежать, даже не позаботясь закрыть дверь. До моста Святого Михаила он дошел без всяких инцидентов и, только подойдя к дверям своей лавочки, вдруг вспомнил, что ключ вместе с кинжалом остался на стуле в комнате Сарры. Он бросил их тогда в бешенстве, о чем во время поисков тайника совершенно забыл, да так и убежал…

Что же делать теперь? Вернуться обратно? Но становилось все светлее, и если его застанут там, в доме, то это будет уже совсем неопровержимой уликой! «Ну да ничего, — решил он, Годольфин откроет мне!»

Он постучал, но никто не отпирал. Это удивило Рене, потому что обыкновенно Годольфин спал очень чутко.

Флорентинец постучал еще — ответом ему было молчание. А тут еще опять стал накрапывать дождь…

В бешенстве Рене принялся барабанить в дверь что было силы. Тогда в первом этаже открылось окно, и показалась прелестная головка Паолы.

— Это вы, папа? — спросила она.

— Я, — ответил Рене. — Это животное Годольфин спит сегодня как зарезанный.

— Разве ключ не у вас?

— Я оставил его в Лувре!

— Подождите, я сейчас открою.

Паола накинула на себя платье и спустилась в лавочку, и Рене с улицы услышал, как она удивленно вскрикнула.

— Что ты кричишь? — спросил он, когда девушка впустила его в лавку.

— Папа, да ведь Годольфина нет! — ответила Паола, показывая на то место, где Годольфин обыкновенно стлал свой матрац.

Очевидно, приказчик так и не возвращался с той поры, как Рене отправил его прогуляться!

Парфюмер в ужасе бросился на скамейку и пробормотал:

— Годольфин исчез! Боже мой, но ведь если я не найду его, что же станет с моим влиянием и положением?

И ему пришло в голову туманное предсказание гасконского дворянина…

КОРОЛЬ-СЕРДЦЕЕД

I

В этот день король Карл IX охотился в Сен-Жермене. К концу охоты король собственноручно заполевал волка и, как страстный любитель этого рода спорта, не мог отказать себе в удовольствии избавить несчастное животное от мучительной агонии и всадить ему в голову пулю в тот самый момент, когда свора уже наседала на волка и собиралась растерзать его в клочки.

— В самом деле! — с довольным видом воскликнул король. Марго, которая так любит охоту, сделала большую ошибку, что не поехала с нами сегодня. Что вы скажете на это, господин де Коарасс? Ведь такая чудная погода!

— В самом деле, ваше величество, погода чудная, — ответил Генрих Наваррский.

— И Марго отлично позабавилась бы! — продолжал король, бросая хитрый взгляд на юного принца.

— А разве ее высочество чувствовала себя недостаточно хорошо сегодня? — спросил Генрих, без смущения выдерживая королевский взгляд.

— Да, у Марго мигрень.

— Это очень неприятная болезнь, ваше величество!

— Ну, у женщин всегда бывает мигрень, когда они не хотят что-нибудь делать, — ответил король, пожимая плечами. — Готов держать пари. что, если бы Марго знала о вашем присутствии на охоте, она непременно отправилась бы тоже!