Читаем Король на день полностью

Я попыталась не обидеться. В конце концов она выглядела так, будто бы вылезла из мусорного бака, а затем ее лицо раскрасила стая безумных клоунов. К тому же, она завидовала мне. Не из-за моей внешности (мои голубые глаза и светлые, кудрявые волосы, рассыпанные по моим плечам, были моим козырем, но они ничем не впечатляли). Она завидовала букве «К» на внутренней стороне моего запястья, которой пометил меня Кинг. Я была просто в шоке от ее поведения; и даже более того, когда впервые встретила Талию на той вечеринке. Мало того, что эта татуировка означала то, что я принадлежу Кингу, еще она сделала меня практически неприкасаемой для любого члена Десятого клуба. Уже позже я поняла, что татуировка означала намного больше, но в любом случае, Талия возненавидела меня с первой встречи.

Я отошла от лестницы и взяла письмо из ее худой руки. Открыла его и начала читать, но слова в нем были бессмысленны. Как будто они были написаны на Шекспировском английском.

— И что это значит? — спросила я.

Она вытянула сигарету из белой кожаной сумки и закурила, выдыхая дым в воздух, будто бы только что получила оргазм от того, что передала мне это письмо. Она стряхнула пепел на каменный пол и улыбнулась.

— Давно ты видела Кинга?

Почему мне казалось, что этот вопрос был с подвохом?

— В последнее время он занят, — лгала я, пытаясь вести себя как обычно, как будто бы я просто болталась на этом складе, выполняя для него некую работу.

— Серьезно? — ее левый глаз немного дергался, будто бы он слипся, и она пыталась его разлепить.

— Серьезно, а что? — спросила я.

— Ну, я, как впрочем и другие, его не видела. Об этом сказано в письме.

Я пожала плечами, стараясь не показывать, что это меня волнует. Примерно об этом говорил мне Мак, рассказывая о Десятом клубе: никогда не показывай им свои слабости. Для себя я записала это как «никогда не показывать никому из них свой страх, любовь, страсть» — ничего. Члены Десятого клуба просто будут использовать все твои слабости против тебя.

— К тому же, — добавила Талия. — Он не появился на собрании Десятого клуба, пару недель назад.

Я снова пожала плечами, скрывая, что нервничаю. Потому что я полагала, что она, как и Кинг, ничего не делает бесцельно. Это означало, что она здесь не просто для того, чтобы доставить письмо от свихнувшихся головорезов-миллиардеров из клуба, в котором состоял Кинг. Кстати, единственной целью членов этого клуба был обмен тех вещей, которые нельзя купить за деньги. Во всяком случае, легально. Людей, власть, редкие предметы… они не брезговали ничем.

— Я думаю, ты уже поняла, Кинг делает то, что ему нравится и когда ему нравится, — сказала я хладнокровно.

Талия засмеялась, сделала еще одну затяжку и бросила сигарету на пол.

— Ага, однако даже Кинг должен прийти, если его вызывает Десятый клуб. Почитай правила. Ты — его игрушка, поэтому я уверена, что ты сможешь их стащить и проглядеть.

Я понятия не имела, где искать эти правила, и мне было противно от того, что она называла меня его «игрушкой», но я понимаю, почему она так говорит.

Талия повернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась.

— О, кстати, Миа, обрати внимание на пятое правило. Там четко сказано, что любой член, не выполнивший до конца условия сделки с другим членом клуба, лишается своей собственности, которая переходит пострадавшей стороне в качестве компенсации.

Дерьмо! Я сглотнула, не в силах скрыть свои эмоции. Я была собственностью Кинга — по их правилам, не по моим. Это было той бомбой, которую она приехала доставить.

Талия блеснула кривой усмешкой, зная, что она уколола меня в самое сердце.

— Я слышала, что Ваун с нетерпением ждет, когда сможет до тебя добраться. Что-то о … желании услышать твои крики в агонии… — смеясь, она покачала головой. — Придется полюбить этого человека. Он больной ублюдок.

Нет, мне не «придется». И да, он такой. Этот мужчина — слизкий, садистский миллиардер, впрочем, как и все в Десятом клубе — коллекционировал уникальных и красивейших женщин только для того, чтобы пытать и убивать их. Так же Ваун был президентом Десятого клуба, что давало четкое представление о том, какими людьми были его члены. Так же это объясняло, почему от мысли, что я стану принадлежать ему, у меня подкашивались колени.

— Я дам знать Кингу о том, что ты приходила, — сказала я приторно-сладким голосом.

Талия сузила темные, затвердевшие от туши глаза.

— У Кинга есть двадцать четыре часа для того, чтобы закончить все отложенные сделки, или он будет считаться потерянным. И вся его собственность, абсолютна вся — будет конфискована.

С победной походкой она вышла со склада и закрыла дверь за своей спиной.

Срань Господня! Этого не может быть.

Я бросила взгляд на часы. Было почти семь часов вечера. Я застонала и опустилась на ступеньку, прижав ладони к глазам.

— Дерьмо! — я выпустила из легких наполненный ужасом воздух. — Кинг, где тебя черти носят?

Это плохо. Очень плохо. И я здесь, как идиотка, волнуюсь о благосостоянии Кинга, не осознавая, что моя собственная жизнь собирается превратиться в ужасный кошмар.