Они обсуждали план действий до тех пор, пока Бино не убедился, что все предусмотрено. Он был уверен, что у Тексако есть пистолет. Скорее всего пластиковый «глок»-автомат, который был сейчас популярен, потому что его не удавалось обнаружить металлоискателями в аэропортах. Бино расписал всем роли. Игра называлась «Редчайшая порода собак». Виктория была «подходной», она вовлекала лоха в игру. Джон Бумажный Воротничок должен был исполнить роль «певца», а Бино — «делового», который соблазнит лоха и завершит аферу. Плут Роджер был «подсадной уткой». Виктории предстояло ехать в зеленом «эскорте» с надписями на дверцах, а Джон и Бино должны были последовать за ней на такси.

С билетами в руках Виктория вышла к машине, завела ее и поехала в сторону аэропорта. Ее сердце бешено колотилось.

— Это безумие, — пробормотала она, выезжая на шоссе Бейшор, ведущее в аэропорт Сан-Франциско. Тексако Филлипс двигался за ней, пропустив перед собой два автомобиля.

Глава 15

Редчайшая порода собак

Делая разворот на аэропорт, Виктория смогла увидеть Тексако Филлипса, который ехал во взятом напрокат автомобиле на две полосы правее, пропустив вперед одну машину. Она все время наблюдала за ним краем глаза, когда возвращала машину компании «Херц» и входила в огромное здание аэровокзала со стеклянным фронтоном. Здесь было многолюдно, но все равно не заметить его было трудно. Еще бы, такая махина в рубашке, обтягивающей рельефные выступы мускулов. Ее слегка успокоило, что Тексако плелся за ней следом, стараясь, чтобы она его не заметила. Это означало, что прямо сейчас Тексако Филлипс ничего предпринимать не намерен.

Виктория направилась к стойке компании «Американские авиалинии» и, когда подошла ее очередь, попросила три билета на Кливленд. Бино придумал этот отвлекающий маневр, чтобы послать Джо Рина по ложному следу. Она видела, как в противоположном конце вестибюля Тексако Филлипс двинулся к телефону и, глядя на бумажку в руке, набрал номер.

— Она, бля, покупает билеты на «Американские авиалинии», у стойки прямо сейчас, — сказал Тексако, дождавшись, когда снимут трубку. Сидевший у своего компьютера в офисе агентства путешествий в Нью-Джерси Питер Рина тут же щелкнул мышью по символу АМА, что означало «Американские авиалинии», затем SFO (Сан-Франциско). На экране монитора появилась таблица, которую он начал изучать, высматривая нужные фамилии.

— Нашел ее? — рявкнул Тексако. — Куда она, бля, летит?

— Подожди минутку, — ответил Питер, поморщившись. Его раздражало хамство этого идиота. — Мне нужно просмотреть тридцать рейсов. — Затем он увидел фамилии Бейтс и Харт, которые появились в списке пассажиров, вылетающих в Кливленд.

— Три билета на тридцать седьмой рейс. На девять вечера, до Кливленда.

— У, мать твою, ждать еще пять часов, — проворчал Тексако и повесил трубку, не сказав Питеру больше ни слова.

Но, немного подумав, он решил, что это хорошо — по крайней мере не нужно будет караулить их всю ночь. Можно купить билет и подождать, пока не появятся те, кто ее сопровождает. Даже лучше, можно будет поужинать с выпивкой и немного расслабиться.

Тексако уселся на высокий табурет в баре напротив стойки компании «Американские авиалинии» и не торопясь попивал пиво, наблюдая за Викторией Харт, которая читала книгу в мягкой обложке, устроившись в кожаном кресле. «А ведь она красивая», — неожиданно пришло ему в голову. И Тексако Филлипс тут же принял решение познакомить мисс Харт со своим членом. Так сказать, преподать ей урок игры на флейте. И никаких особенных ухищрений для этого предпринимать не нужно. Всего лишь найти тихое местечко и десять минут времени. Он сунет ей в ухо пушку и поимеет куда захочет. Потому что нужно добавить ей немного жизненной энергии, которой ей, должно быть, не хватает. Затем Тексако услышал какой-то шум неподалеку от бара. Рыжеволосый мужчина спорил с копом.

— Как это так, нельзя? Но она же прилетает прямо сейчас! Ну ладно, ладно, я все понял. Раз такие правила, тогда…

Рыжий мужчина развернулся и двинулся в бар, ведя на поводке небольшого терьера. Здесь он направился прямо к бармену, полез в карман и извлек стодолларовую купюру.

— Послушайте, приятель, у меня возникли проблемы. Не могли бы вы присмотреть за моим псом?

— Но сюда с собаками нельзя, — сказал бармен.

— Он у меня чрезвычайно редкой породы и очень ценный, — сказал Бино, продолжая протягивать бармену купюру, которую тот наконец взял. — Баунчатрейнский терьер. Я приехал встретить дочку. Она прилетает с Гавайев ближайшим рейсом, больная, в инвалидном кресле. Решила приехать домой. А меня с ним не пускают в зал прилетов, ссылаются на какие-то карантинные правила, черт знает что такое. Так что прошу вас, присмотрите за моим песиком. И не спускайте с него глаз. Я уже сказал, он очень редкой породы.

— Ладно, — буркнул бармен, кладя новую хрустящую сотню в карман.

Бино поспешил к выходу, прошагав мимо Тексако и скользнув по нему взглядом. Тот, очевидно, его не узнал.