Читаем Король Лев полностью

Шрам сердито зарычал. С него хватит! Долгие годы он смотрел, как Сараби унижает его, подрывает авторитет и отвергает все предложения. Шрам видел, как она тосковала по Муфасе. Сила этой любви поддерживала её в минуты, когда надежды совсем не оставалось. Хоть он никогда и не признался бы в этом вслух, Сараби была настоящей королевой, целиком и полностью. И гораздо более сильной, чем полагал Шрам. Но он больше не собирался этого терпеть. Она была слишком большой обузой. Львица покорится или умрёт. Когда он подошёл ещё ближе, его тело дрожало от злости.

— Я один стою десятка таких львов, как Муфаса! — закричал он. — И я докажу это собственными когтями!

Но как только Шрам замахнулся, ярко сверкнула ослепительная молния. Прогремел гром, и Скала Предков содрогнулась. Однако вопреки обыкновению грохот с небес не затих вдалеке. Он превратился в не менее оглушительный рёв.

На Скале возникла тёмная фигура, освещённая вспышками молний.

— Отойди от неё, Шрам, — приказал лев.

— Муфаса, — прошептал Шрам. — Не может быть…

Он услышал, как Сараби позади него резко втянула воздух:

— Симба…

Лев спрыгнул и очутился прямо перед ним. Шрам прищурился и покачал головой, пытаясь осмыслить всё это. Сараби была права. Это Симба. Совсем уже взрослый и невероятно похожий на своего отца, полный силы и свирепости.

Шрам медленно попятился.

* * *

— Ты жив? Как такое может быть?

Услышав такой родной голос матери, Симба чуть не заплакал. Он думал, что больше никогда её не увидит. И всё же они оба были здесь. Подойдя ближе, лев ткнулся носом в её голову. Его окутало знакомое, но в то же время странное чувство. Когда он видел маму в последний раз, его голова едва доставала ей до колена, теперь же ему приходилось наклоняться, чтобы коснуться её.

— Это не важно, — наконец оторвавшись от неё, произнёс Симба. — Я дома.

— Симба. — Голос Шрама нарушил мгновение. — Я рад тебя видеть. Живым.

Обернувшись, Симба посмотрел на своего дядю. В то время как королева была истощённой и слабой, Шрам казался сытым и отдохнувшим.

— Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен разорвать тебя на части! — грозно произнёс Симба.

— Могу назвать даже больше одной, — кивнул через плечо Шрам. Вокруг него собирались гиены. Они, скалясь, появлялись из каждого уголка Скалы Предков. — Понимаешь, тут такое дело, они думают, что я — король, — пожал плечами Шрам.

Симба смотрел на всё увеличивающееся число гиен и нервно переминался с ноги на ногу. Нала предупреждала насчёт них, и он думал, что готов, но теперь в его памяти слишком ясно всплыло воспоминание о Слоновьем кладбище.

— Симба — законный король!

Услышав голос Налы, Симба обернулся. Позади неё теснились львицы. Возвращение Симбы придало им сил.

Снова осмелев, Симба повернулся к Шраму.

— Выбор за тобой, — сказал он. — Отступи или борись.

— Неужели нельзя обойтись без насилия? — притворно примирительно проговорил Шрам. — Я не хочу нести ответственность за смерть члена семьи. И чувствовать стыд, осознавая, что я отнял жизнь у того, кого любил.

Он выразительно замолчал и посмотрел на Симбу. Тот покачал головой. Он не собирался позволить Шраму воззвать к его чувству вины.

— Я оставил всё это в прошлом… — начал он.

— А они тоже? — прервал его Шрам. Потом показал на собравшихся львиц. — Знают ли твои верные подданные, что ты сделал?

— О чём он говорит? — забеспокоилась Нала.

Симба посмотрел на неё. Она ответила тем же, в её глазах читалось непонимание. Лев подавил стон. Следовало сказать ей правду ещё в джунглях. Следовало предугадать, что Шрам использует прошлое против него. Но он боялся и не хотел видеть неуверенность в её глазах — ту неуверенность, которую видел сейчас. Лев открыл рот, надеясь, что слова придут сами, но этого не произошло.

Вместо этого заговорил Шрам.

— Что ж, Симба, — он явно наслаждался этим моментом. — Вот твой шанс признаться. Скажи им, кто ответственен за смерть Муфасы.

Все взгляды устремились на молодого льва. И каждый из них ощущался, словно острый шип, впивающийся в сердце. Он вздохнул. Больше не было смысла притворяться. Шрам прав. Если Симба хочет быть королём, то львицы должны знать правду.

— Это я, — сказал он.

— Нет, — Сараби покачала головой. — Ты был львёнком! Это не может быть правдой.

Встретившись с ней взглядом, Симба кивнул:

— Это правда. Мне очень жаль.

Львица сморщилась от боли.

— Он признаёт это! — не обращая внимания на то, что происходило между матерью и сыном, крикнул Шрам. — Убийца!

Буря над землями прайда забушевала ещё яростнее. Прогремел гром. Симба опустил голову под грузом вины и стыда, а приближающиеся к Скале Предков молнии стали бить всё чаще, словно осуждая его. Внезапно одна из вспышек поразила землю у подножия Скалы. Сухая и мёртвая трава мгновенно вспыхнула пламенем.

Не подозревая о разгорающемся внизу пожаре, Симба поднял голову. Его взгляд метался между матерью, Налой и другими львицами.

— Это был несчастный случай, — тихо сказал он. «Я не хотел навредить ему». Перед его мысленным взором предстал образ падающего отца.

Шрам усмехнулся: