Читаем Король эльфов полностью

— Не удивительно, что нынче здесь так много народу, — заключил охранник. — Теперь, когда его не стало, кто поможет бедолагам-недоучкам вроде нас с вами?

По всем вопросам, касающимся хранения тела Луиса Сараписа, владельцу «Усыпальницы Возлюбленной Братии» Герберту Шенхайту фон Фогельзангу по закону полагалось обращаться к адвокату покойного. Фон Фогельзангу необходимо было узнать расписание периодов послежизни Сараписа; от него самого зависело лишь техническое обслуживание.

Вопрос выглядел пустяковым, но лишь на первый взгляд. Оказалось, что до мистера Клода Сен-Сира, знаменитого адвоката, невозможно дозвониться.

«Ах ты, черт! — мысленно выругался фон Фогельзанг. — Видать, что-то случилось. Чтобы с такой важной шишкой нельзя было связаться — немыслимо!»

Он звонил из «склепа» — подвала, куда помещали на длительное хранение послеживущих. Возле его стола переминался с ноги на ногу человек с квитанцией в руке — видимо, пришел за родственником. Близилось Воскрешение — день, когда публично чествуются послеживущие; начинался наплыв родных и близких.

— Да, сэр, — с любезной улыбкой отозвался Герб. — Я лично выполню вашу просьбу.

— Моей бабушке уже под восемьдесят, — сказал посетитель. — Совсем маленькая и сухонькая. Я пришел не проведать ее, а забрать насовсем.

— Пожалуйста, обождите минутку. — Герб встал и отправился на поиски ящика номер 3054039-Б.

Отыскав нужный гроб, он прочитал сопроводительную табличку. Старушке оставалось менее пятнадцати суток послежизни. Он машинально включил миниатюрный усилитель, прикрепленный к стеклянной стенке гроба, настроил на частоту головного мозга. Послышался слабый голос: «...а потом Тилли подвернула ножку и растянула сухожилие на лодыжке, и мы уж думали, это навсегда, а она, глупышка, не хотела лежать в постели...»

Удовлетворенный, Герб выключил усилитель и, подозвав техника, велел поставить ящик 3054039-Б на платформу, где посетитель мог погрузить его в машину или вертолет.

— Вы ее выписали? — спросил посетитель, доставая чековую книжку, когда Герберт вернулся в «склеп».

— Собственноручно, — ответил владелец усыпальницы. — Состояние — идеальное. Счастливого Воскрешения, мистер Форд.

— Благодарю. — Посетитель направился к погрузочно-разгрузочной платформе.

«Когда придет мое время, — сказал себе Герб, — я завещаю наследникам оживлять меня раз в сто лет на один день. И узнаю, какая судьба ждет человечество».

Впрочем, твердо рассчитывать на это не приходилось. Содержание послеживущего стоит огромных денег, а значит, рано или поздно наследники заберут Герба из усыпальницы, вытащат из гроба и — прости их, Господи! — похоронят.

— Похороны — варварство, — вслух пробормотал Герб. — Пережиток первобытной стадии нашей культуры.

— Да, сэр, — подтвердила из-за пишущей машинки мисс Бесмэн, секретарша.

Герб окинул взглядом «склеп» — в проходах между гробами несколько посетителей тихо беседовали с послеживущими. Эти люди, регулярно приходящие сюда, чтобы выразить любовь и уважение своим близким, действовали на него умиротворяюще. Они делились с родственниками новостями, старались приободрить, если те впадали в тоску. А главное — они платили Гербу Шенхайту фон Фогельзангу. Бизнес у него, что ни говори, был прибыльным.

— У моего отца что-то с голосом, — сказал молодой человек, когда Герб встретился с ним взглядом. — Не могли бы вы подойти на минутку?

— Ну конечно. — Герб встал и направился по проходу к молодому человеку. Его отцу, судя по сопроводительной табличке, оставалось несколько суток послежизни, что объясняло затухание электрических колебаний в клетках мозга. Но мозг еще действовал — голос старика зазвучал громче, когда Герб покрутил ручку настройки. «Кончается», — подумал Герб. Ему было ясно, что сын не читал сопроводительную табличку и не знает, что пора прощаться с отцом. Поэтому Герб отошел, оставив их наедине. Какой смысл огорчать молодого человека?

Из кузова грузовика, подъехавшего к платформе, вылезли двое в одинаковой голубой униформе. «Компания «Атлас Интерплан», — догадался Герб. — «Перевозки и хранение». Доставили новенького, или кого-нибудь увезут». — Он направился к грузовику.

— Чем могу служить?

Водитель, высунув голову из кабины, буркнул:

— Мы привезли мистера Сараписа. Все готово?

— Абсолютно, — поспешил ответить Герб. — Но без распоряжения мистера Сен-Сира я не вправе что-либо предпринимать. Когда он вернется?

Вслед за грузчиками на платформу сошел жгучий брюнет с глазами, словно черные блестящие пуговицы.

— Я — Джон Бэфут. Согласно завещанию Луиса Сараписа, отвечаю за его тело. Надо его немедленно оживить, таково указание покойного.

— Понятно, — кивнул Герб. — Что ж, не возражаю. Давайте сюда мистера Сараписа, мы его мигом оживим.

— Холодно тут у вас, — заметил Бэфут. — Холодней, чем в зале.

— Да, мистер Бэфут, вы правы, — согласился Герб.