— Знаете, кто вы? — спросил он Джулиану и обернулся к Кэролайн. — Эта женщина — демон, прекрасный змей-искуситель, который... — Он поднял руку и сильно, чуть было не смахнув очки, потер лоб. — Который неустанно скитается по Земле... — Он поправил очки. — Она поступает так, как подсказывает инстинкт, следуя своей природе. Ей не приходит в голову, что своим визитом она причинит кому-то боль. Она просто пришла, как приходят беда или счастье — никого не спросясь. И я рад, что она здесь, и ни о чем не жалею. Она не знала, зачем едет сюда и что найдет. Думаю, всем нам повезло, так что давайте не будем вешать носа, хорошо?

— Да, она ужасная сумасбродка, — подтвердила Кэролайн.

— Весь мир таков. — Абендсен протянул Джулиане руку. — Спасибо за то, что вы сделали в Денвере.

— Спокойной ночи, — сказала она, пожимая руку. — Послушайтесь вашей жены. Хотя бы оружие носите.

— Нет, — сказал он. — Я давным-давно все для себя решил и не хочу к этому возвращаться. Теперь, когда мне становится тревожно, особенно по ночам, я ищу поддержки у Оракула. Неплохой способ отделаться от тревог. — Он печально улыбнулся. — Честно говоря, сейчас меня беспокоит только то, что эти олухи вылакают все спиртное, пока мы тут болтаем. — Повернувшись, он направился к бару.

— Куда вы теперь? — спросила Кэролайн.

— Не знаю. — Почему-то это не волновало Джулиану. «Я немного похожа на него, — подумала она. — Не позволяю некоторым вещам беспокоить меня, какими бы они ни были важными». — Возможно, вернусь к мужу, Фрэнку. Сегодня я пыталась до него дозвониться, пожалуй, еще раз позвоню. Если будет настроение.

— Я очень благодарна за то, что вы для нас сделали или говорите, что сделали...

— Но вам бы хотелось никогда меня больше не видеть, — подхватила Джулиана.

— Должна признаться, меня очень расстроил ваш разговор с Готорном, — смутилась Кэролайн.

— Странно, — сказала Джулиана. — Мне не приходило в голову, что правда может вас расстроить. «Правда, — подумала она, — суровая, как смерть. Но найти ее гораздо труднее, чем смерть. Мне просто повезло.» — Думаю, ваш муж прав: не стоит огорчаться. Это всегда лишь недоразумение, не так ли? — Она улыбнулась, и миссис Абендсен вымученно улыбнулась в ответ. — В любом случае, спокойной ночи.

Джулиана, не оглядываясь, прошла по залитой светом дорожке сада и ступила на темный асфальт тротуара.

Она шла, мечтая о машине — яркой, движущейся, живой, — которая доставит ее в мотель.

КОММЕНТАРИИ

Приступая к переводу «Человека в Высоком Замке», мы отдавали себе отчет в сложности поставленной задачи. Не будем останавливаться на трудностях, с которыми пришлось столкнуться. Приведенный в конце обширный и далеко не полный список литературы, которую пришлось привлечь во время работы, говорит сам за себя. Несколько слов хотелось бы сказать о том, чем мы руководствовались при переводе романа.

В статье «Махаяна и китайские учения» востоковед Т.П. Григорьева предложила условные модели логик трех великих мировых культур: «Белое или черное — европейская модель; белое станет черным — китайская модель; белое и есть черное — индийская модель». Китайская модель и является, на наш взгляд, ключом к пониманию романа Ф. Дика. Белое станет черным, ян станет инем, ситуация непременно превратится в свою противоположность. И Оракул, к которому все время обращаются герои романа, постоянно подчеркивает эту истину.

И все же, хотя в основе «Человека в Высоком Замке» лежит символика «Книги Перемен», и весь он пропитан духом, философией и терминологией Востока, это очень американский роман, где учение о Дао, образы «Ицзина» и «Бардо Тходол» вплетены в жизнь Америки шестидесятых, в ее прошлое и настоящее (пусть альтернативное). Поэтому перед нами стояла вдвойне сложная задача — сделать перевод не только максимально адекватным оригиналу, но и понятным русскоязычному читателю. Этой цели служат и настоящие комментарии.

От переводчиков.

1. Гораций Грили (1811-1872) — американский писатель, публицист, политик. В 1872 году баллотировался на пост Президента от партии либеральных республиканцев.

2. Джин Харлоу — американская кинозвезда 30-х годов.

3. Филдс — псевдоним американского комика Уильяма Клода Дьюкефилда.

4.... словами всем известного западного святого... — имеется в виду Иисус Христос. Евангелие от Матфея, 16, 26

5. «Ицзин» или китайская классическая «Книга Перемен» — одна из книг конфуцианского Пятикнижия. «Не без досады, но и не без удовлетворения мы должны предоставить «Книге Перемен» безусловно первое место среди остальных классических книг и как труднейшей из них: труднейшей и для понимания, и для перевода. «Книга Перемен» всегда пользовалась славой темного и загадочного текста. Некоторые места «Книги Перемен» до сих пор трудны для понимания — столь непривычны и чужды нам те образы, в которых выражены ее концепции.