Читаем Король эльфов полностью

Эфрикян ушла, и Тагоми стал разбирать накопившиеся бумаги. Но почти тотчас из селектора донесся голос Рамсея.

— Сэр, вас просит мистер Бэйнс.

«Это хорошо, — подумал Тагоми. — Теперь можно начинать важный разговор».

— Соедините, — он взял трубку.

— Мистер Тагоми? — послышался голос Бэйнса.

— Добрый день. Простите, в связи с известием о смерти канцлера Бормана утром я был вынужден...

— Мистер Ятабе еще не дал о себе знать?

— Еще нет, — ответил Тагоми.

— А вы предупредили своих подчиненных? — похоже, Бэйнс волновался.

— Да. Его немедленно проводят в мой кабинет. — На самом деле она напрочь забыл об этом и теперь мысленно взял на заметку проинструктировать Рамсея. «Выходит, без пожилого господина мы не можем начать переговоры?» Тагоми стало тревожно. — Сэр, мне не терпится начать. Не могли бы вы продемонстрировать изделия вашей фирмы? Хотя у нас такой сумасшедший день...

— Произошли изменения, — сказал мистер Бэйнс. — Нам придется дождаться мистера Ятабе. Вы уверены, что его еще нет? Дайте мне слово, что как только он появится, меня поставят в известность. Пожалуйста, мистер Тагоми, — у него был напряженный, срывающийся голос.

— Даю вам слово. — Тагоми тоже разволновался. «Смерть Бормана. Вот в чем причина отсрочки». — А пока, — быстро добавил он, — буду рад, если вы согласитесь позавтракать со мной. Время позднее, но мне еще не удалось поесть. — Он продолжал, импровизируя: — Не касаясь конкретных вопросов, мы могли бы обсудить общую картину...

— Нет, — перебил его Бэйнс.

«Нет?»— мысленно переспросил Тагоми.

— Сэр, я перезвоню позже, — сказал он вслух. И быстро положил трубку. «Обиделся», — подумал он. — Видимо, догадался, что я забыл предупредить подчиненых о Ятабе. Пустяки, все уладится», — и нажал на клавишу селектора.

— Мистер Рамсей, зайдите ко мне, пожалуйста.

«Я сейчас все исправлю. Дело не только во мне, — решил он. — Бэйнс потрясен смертью Бормана. Пустяки... но не совсем. Я все-таки выставил себя безответственным человеком. — Тагоми стало стыдно. — Неудачный сегодня день. Я удаляюсь от Дао, это очевидно. Надо посоветоваться с Оракулом, пусть обрисует нынешнюю ситуацию. Какая из шестидесяти четырех гексаграмм, хотел бы я знать, повергнет меня в уныние? Слишком много накопилось вопросов, чтобы задавать их по отдельности». — Выдвинув ящик стола, он выложил оба тома «Ицэин». Когда вошел Рамсей, перед Тагоми уже лежал ответ.

— Взгляните, мистер Рамсей. — Он показал молодому человеку книгу, раскрытую на гексаграмме сорок восемь. Кунь — «Истощение».

— Обычно это плохое предзнаменование, сэр, — Рамсей склонился над книгой. — Какой был вопрос, сэр? Если, конечно, не секрет.

— Я выяснял нынешнюю ситуацию, — ответил Тагоми. — Ситуацию для всех нас. Нет черт развития. Статичная гексаграмма. — Он захлопнул книгу.

В три часа того же дня Фрэнк Фринк, ожидавший со своим компаньоном ответа Уиндэма-Мэтсона, решил посоветоваться с Оракулом. «Какие события грядут?» — спросил он и подбросил монетки.

Выпала гексаграмма сорок семь. Он получил одну черту развития, «девятку» на пятой позиции.

«Отрежут нос и ноги.

Будет трудность от человека в красных наколенниках.

Но понемногу наступит радость.

Это благоприятствует принесению жертв и молений».

Очень долго — почти полчаса — он изучал текст и комментарии, пытясь понять смысл пророчества. Гексаграмма, особенно черта развития, встревожила его. В конце концов, он с сожалением пришел к выводу, что денег они не получат.

— Слишком уж ты полагаешься на эту книгу, — заметил Эд Мак-Карти.

В четыре часа курьер из «Корпорации У-М» вручил Фрэнку и Мак-Карти большой конверт, из которого они извлекли чек на две тысячи долларов.

— Выходит, ты был неправ, — решил Мак-Карти.

Фрэнк задумался. Значит, Оракул указывает на некие будущие последствия их поступка. Это обеспокоило его. Когда они скажутся, станет ясно, что имел в виду Оракул. А пока...

— Можно браться за мастерскую, — сказал Мак-Карти.

— Сегодня? Сейчас? — у Фрэнка сильней забилось сердце.

— Ну да. Заявки на материалы готовы, остается бросить их в почтовый ящик. Чем раньше мы это сделаем, тем лучше. Что сможем, раздобудем здесь. — Эл натянул пиджак и направился к выходу.

Владелец дома, в котором жил Фрэнк, согласился сдать под мастерскую подвал. Пока подвал служил им кладовой, но скоро они выбросят картонные коробки, соорудят верстак, протянут проводку, ввернут лампочки и установят моторы с приводными ремнями. У них были готовы эскизы, разработана технология и составлены списки всего необходимого.

«Фактически, мы уже начали,» — подумал Фрэнк. Они с Мак-Карти даже придумали название: «Эдфрэнк. Ювелирные изделия на заказ».

— Ну, досок на верстак и кое-чего из оборудования мы, может, сегодня купим, — сказал Фрэнк. — А вот ювелирные инструменты — вряд ли.

Они отправились на рынок пиломатериалов на южной окраине Сан-Франциско и через час приобрели доски.

— Что тебя гложет? — спросил Эд Мак-Карти, когда они входили в магазин скобяных товаров.

— Деньги. Мне не по душе то, как мы их раздобыли.

— Зато старине У-Эму утерли нос, — сказал Мак-Карти.