Читаем Король эльфов полностью

Вначале выпала «девятка», затем еще две. Он получал нижнюю триграмму. Цинь. «Творчество». Хороший знак. Четвертая черта — «шестерка», инь. Пятая — тоже инь. «О, Господи — мысленно воскликнул он. — Еще одна теневая черта, и я получу гексаграмму одиннадцать, Тай — «Расцвет»! Очень благоприятное пророчество. Или... — его руки дрожали, когда он тряс монеты, — если выпадет ян, получится гексаграмма двадцать шесть, Да-чу — «Воспитание великим». Обе гексаграммы — благоприятны. Он кинул монетки.

Инь. Все-таки «Расцвет».

Открыв книгу, он прочел:

«Расцвет.

Малое уходит, великое приходит.

Счастье. Развитие».

Итак, надо принять предложение Эда Мак-Карти, открыть свое маленькое дело. Его беспокоила только верхняя «шестерка». Он перевернул страницу. Какой там текст? Он не мог вспомнить. Вероятно, ничего неблагоприятного, ведь комментарий ко всей гексаграмме был таким обнадеживающим. Союз неба и земли — но последняя черта символизирует переразвитие ситуации, выход из нее, поэтому «шестерка» наверху...

Его глаза нашли строки, поразившие его подобно вспышке молнии:

«Городская стена падает в ров.

Не применяй войско.

В своем городе изъявляй свою волю.

Стойкость — к сожалению».

... и — толкование:

«Силы тьмы, упомянутые в середине гексаграммы, начинают действовать. Городская стена падает в ров, из которого была подкопана. Роковой час близок...»

Без сомнения, это было одно из самых мрачных толкований из более чем трех тысяч, находившихся в книге. И тем не менее пророчество ко всей гексаграмме было благоприятным.

Как быть? Прежде не бывало, чтобы Оракул пророчил ему беду и счастье одновременно. «Ни дать ни взять ложка дегтя в бочке меда, — подумал Фрэнк. — Видать, он советует и дело делать, и смотреть, как бы чего не вышло.

Черт! — мысленно выругался он. Не могут беда и удача ходить рука об руку. Либо одно, либо другое.

Или... могут?

Ювелирное дело принесет богатство — никак иначе это пророчество не истолковать. Но вот чертова шестая линия — в ней кроется глубокий смысл, она предупреждает о катастрофе, возможно, даже не связанной с ювелирным делом. В любом случае злого рока мне не избежать...

«Война! — решил Фрэнк. — Третья мировая! Два миллиарда трупов, цивилизация стерта с лица Земли. Водородные бомбы сыплются градом.»

«Силы небесные! — подумал он. — Почему? Из-за меня она начнется, что ли? Или кто-нибудь другой заварит кашу? Или — все мы? Всему виной физики с их теорией синхронности, по которой каждая частица связана со всеми остальными, — нельзя даже пукнуть, не изменив равновесия Вселенной. Жизнь превращается в анекдот, над которым некому будет посмеяться. Я открываю книгу и получаю прогноз событий, о которых даже Господь Бог хотел бы забыть. А кто я? Далеко не тот, которому стоит адресовать такое пророчество. Это точно.

Надо забрать инструменты, оборудовать мастерскую и начать свое дело, как будто Оракул и не сулил никаких бед. И — работать. Творить. Ничего не боясь. До самого конца. Жить на всю катушку, пока мир не сгорит в огне. Пока все мы не погибнем, все человечество. Вот что советует Оракул. Все мы рано или поздно окажемся на том свете, но до тех пор мои руки и голова не должны пребывать в праздности.

Комментарий касался только меня, моей работы. А последняя черта — всех нас.

Я слишком ничтожен, — подумал он. — Могу лишь почесать в затылке и заняться своими делами. Не бежать же на улицу, крича во всю глотку, чтобы привлечь внимание прохожих.

А есть ли на Земле кто-нибудь, способный изменить ход событий? Некто великий?.. Если мы, все вместе... Или в решающий момент среди тех, от кого все зависит, окажется наш человек, заранее внедренный... В общем, остается уповать на случай. Лишь от него зависит жизнь — моя и всей планеты».

Фрэнк закрыл книгу и вернулся в цех. Заметив Мак-Карти, он кивнул ему на укромный уголок.

— Я поразмыслил над твоей идеей, и она мне понравилась, — сказал он.

— Вот и отлично, — улыбнулся Мак-Карти. — А теперь слушай. Надо заставить Уиндэма-Мэтсона рассчитаться сполна. — Он медленно опустил веко — подмигнул. Это выглядело довольно жутко. — Я тут прикинул... В общем, решил уволиться и составить тебе компанию. Вот, погляди на эскизы. Чем плохи?

— Хороши, — подтвердил Фрэнк, несколько сбитый с толку.

— Заходи вечерком ко мне, часам к семи, — предложил Мак-Карти. — Джин приготовит ужин.

— Договорились, — сказал Фрэнк.

Мак-Карти хлопнул его по плечу и отошел.

«За какие-то десять минут я проделал большой путь. Как быстро это случилось, — размышлял Фрэнк, собирая с верстака свои инструменты. — Видимо, так и происходят крутые повороты в жизни. Стечение обстоятельств, и... А ведь я ждал этой минуты всю жизнь. Оракул сказал: «Путь к счастью», и это для меня основное. Время больших свершений. Пришло ли оно? Пришел ли нужный момент? Верхняя «шестерка» — единственное отличие одиннадцатой гексаграммы от двадцать шестой, «Воспитания великим». Инь становится янем, и возникает другая ситуация. А я даже не почувствовал перемены!»

Но, несмотря на волнение и душевный подъем, Фрэнк не мог выбросить из головы роковую черту.