Читаем Корабль-призрак. Файл №219 полностью

На палубе траулера уже царило оживление. Четверо матросов сгрудились на правом борту, готовясь швырнуть в шлюпку конец. Папаша Колен распоряжался на ходовом мостике — отдавал команды в переговорную трубу и шуровал рукоятками машинного телеграфа. Подрабатывая машиной на самых низких оборотах, траулер медленно приближался к шлюпке с терпящими бедствие.

— Эй, на баркасе! Мы бросаем вам конец. Ловите! — крикнул кто-то из матросов, когда до шлюпки осталось не более двадцати метров. Матрос размахнулся — и конец брошенного им каната с первого раза попал в шлюпку. Тотчас чьи-то руки подхватили его и намертво закрепили. Матросы на палубе «Яизет» начали споро выбирать канат и вскоре сопровождаемая лучом прожектора шлюпка стукнулась о борт траулера.

— Как там у вас? Есть раненые на борту? — крикнул кто-то из моряков, перегнувшись через леера и попытавшись заглянуть в шлюпку. — О, Господи, что это такое и откуда?

Теперь в его голосе звучал неподдельный ужас.

Грохоча железными ступеньками, папаша Колен спустился с мостика. Лица матросов на палубе были белы, как мел. Мар-тии на прожекторной площадке прямо-таки пританцовывал от нетерпеливого желания узнать, что же произошло, — но покинуть свой пост без приказа не решался. Шкипер тоже перегнулся через борт и заглянул в лодку.

С первого взгляда было ясно, что это мертвецы. Причем мертвецы жуткие, более всего напоминающие усохшие скелетоподобные мумии. Лодку шевельнуло волной, и в ярком луче прожектора на плечах у одного из мертвецов что-то блеснуло.

Нет, это не волна качнула лодку — это пошевелился сам мертвец. Медленно, будто в страшном сне или в фильме ужасов, он привстал. Судорожно поднял руку и оперся о плечо другого мертвеца. Затем с трудом перешагнул через банку и потянулся к спущенному кем-то с борта «Лизет» веревочному трапу. Сбросивший трап матрос дернулся было вытянуть его обратно, но тут мертвец поднял вверх голову, запрокинув белое в луче прожектора лицо.

— Я — лейтенант Ричард Харпер. Какой сейчас год?

Военно-морской госпиталь Святого Георгия, Скапа-Флоу, Оркнейские острова.

На табло над дверью лифта загорелась цифра «7». Было слышно, что кабина остановилась, затем дверцы бесшумно разъехались, выпустив в светлый холл нескольких пассажиров. Скалли шла самой последней. Молдер, уже полчаса как отиравшийся у окна, бросился к ней.

— Очень здорово, что ты все-таки приехала! Я думал, что придется заниматься этим без тебя. Ты ведь знаешь, что в медицине я — полный ноль.

Скалли огляделась по сторонам, потом отошла к окну и с облегчением поставила на пол тяжелую сумку. Вздохнула и укоризненно посмотрела на напарника.

— Молдер, я всегда знала, что ты немного сумасшедший. Но не настолько же! Звонишь, срываешь с насиженного места, заставляешь мчаться через океан — даже не сообщив, что, собственно, произошло. Ну хоть сейчас ты можешь объяснить это в подробностях?

Лицо Молдера сделалось виноватым. Слегка. Он пожал плечами.

— Извини, но меня тоже буквально сорвали с другого дела. Когда я звонил тебе, то и сам не знал всех подробностей. Собственно, я и сейчас-то еще не до конца в них разобрался. Кстати, а тебе ребята из Госдепа разве ничего не сказали? Они должны были хотя бы в общих чертах сообщить, что за делом нам предстоит заниматься.

— Ну да, перед самым вылетом мне всучили какую-то тощую папку. Я ее просмотрела в самолете, а сейчас хочу услышать от тебя комментарии.

Молдер пожевал губами и задумчиво посмотрел в окно. С седьмого этажа открывалась замечательная панорама: сбегающие к морю зеленые склоны холмов, освещенные ярким полуденным солнцем, крыши старых домов в портовой части города, а чуть дальше — стрелы портовых кранов и решетки антенн на военно-морской базе. Совсем вдалеке, у противоположного края бухты, на небесно-голубой воде громоздились нелепые серые силуэты военных кораблей.

Молдер отвернулся от окна и посмотрел Скалли в глаза.

— Если ты прочитала документы из той папки, то в общих чертах историю знаешь. Три дня назад в Норвежском море канадским рыболовецким траулером была подобрана шлюпка с английского эсминца «Карнарвон». Корабль не подавал никаких сигналов бедствия — просто связь с ним внезапно прервалась. Затем он был оставлен экипажем при невыясненных обстоятельствах.

— Почему — невыясненных?

— Потому что найдена была всего одна шлюпка. В ней находилось двадцать три человека — из двухсот пятидесяти членов экипажа эсминца. Причем, живым из них оказался только один. Лейтенант Ричард Харпер. Сейчас он находится в этом отделении, в палате интенсивной терапии. Я хочу, чтобы ты прошла туда и поговорила с ним. Или хотя бы взглянула на этого человека, на его историю болезни, и разузнала какие-нибудь подробности случившегося. Ну и, естественно, выяснила, что думают по этому поводу врачи.

— А почему не ты? Зачем тебе понадобилось тратить несколько часов, чтобы дождаться меня?

Молдер снова вздохнул.