Читаем Корабль-призрак полностью

— Подняться на перископную глубину! — приказал командир дизельной подводной лодки.

Стойка перископа пошла вверх. Командир подошел к ней, развел ручки и припал лицом к резиновому обрамлению окуляров. Смотрел он недолго. Когда отстранился, лицо его выглядело озабоченным.

— Взгляните сами, товарищ контр-адмирал, — произнес он, уступая место Нагибину.

Федор Ильич глубоко вздохнул. Метеосводка была неутешительной. Но цифры — это одно, реальность же надо увидеть своими глазами. Нагибин медленно поворачивал перископную стойку, после чего вполголоса выругался, что с ним случалось чрезвычайно редко.

— Я не имею права дать вам приказ десантироваться при таких погодных условиях, — наконец-то произнес он, отстраняясь от перископа. — Это самоубийство.

Контр-адмирал не часто бросался такими словами. Он обвел взглядом боевых пловцов, стоявших на командном посту.

Саблин сделал шаг вперед.

— Федор Ильич! — не по-уставному обратился он к Нагибину. — Позвольте нам самим принять решение.

Контр-адмирал задумался, покачал головой.

— Это очень опасно, каплей.

— Я и не говорил, что это не так. Но там люди, заложники.

— Что ж, смотри сам. — Нагибин сделал шаг в сторону.

То, что наверху разыгрался жестокий шторм, хорошо чувствовалось и на перископной глубине. Виталий Саблин припал к окулярам. Зрелище впечатляло. Танкер переваливался на волнах. Прожекторы то беспорядочно шарили по морю, то били в ночное небо. Огромные валы налетали на нос судна, рассыпались брызгами и пеной. Удержаться на палубе в такой обстановке было практически невозможно. Да и сам танкер мог серьезно пострадать.

Судно боролось с волнами, но чувствовалось, что им управляют не слишком умелые руки. Танкер повернулся к набегающим волнам бортом. Очередной вал прокатился по палубе. Саблин даже задержал дыхание. Будь волна чуть сильнее, и судно могло бы перевернуться. Танкер медленно выворачивал, чтобы стать к волнам носом.

— Ну как?.. — спросил Нагибин.

— Бывало и похуже. Пусть ребята сами посмотрят. Я тоже не вправе решать за всех. Ситуация такая.

Катя Сабурова посмотрела в перископ и прикусила губу.

Зиганиди занял ее место, взглянул, криво усмехнулся и сказал:

— Можно попробовать. В конце концов, если не получится подняться на борт, мы просто отстанем от танкера, поболтаемся в море. Утром вы относительно спокойно подберете нас, ориентируясь на радиомаячки. Метеосводка обещает, что шторм слегка уляжется. Следующей ночью попытку можно будет повторить.

— Я согласна с Колей. Рискнуть стоит, — подтвердила Катя.

— Это не тот случай, когда можно сказать, что попытка не пытка, — не слишком удачно пошутил Нагибин.

Саблин наморщил лоб и заявил:

— Я за немедленное десантирование. Шторм имеет свои преимущества. Бдительность бандитов на танкере будет притуплена. Это даст нам возможность проникнуть на борт незамеченными. Ведь так, товарищ контр-адмирал?

— Так-то оно так, — проговорил Федор Ильич. — Если вы готовы рискнуть, то и я за.

Командир подлодки с удивлением смотрел на совещание боевых пловцов с контр-адмиралом. Для него такое обсуждение ситуации, практически на равных, было в диковинку. Он придерживался другого стиля общения с подчиненными, если и советовался с кем-то из них, то только со старпомом.

— Товарищ каперанг! — обратился Нагибин к командиру субмарины. — Обеспечьте нам доступ в носовой отсек. Мои люди будут десантироваться.

Всем известно расхожее выражение: «А куда ты денешься с подводной лодки?» С точки зрения формальной логики сухопутного человека, оно имеет смысл. В самом деле, если ты находишься в стальном герметическом корпусе, то как можно покинуть его, не запустив внутрь забортную воду?

Однако подводникам уже давно известен способ совершить подобное. Для этого используются торпедные аппараты. В них вполне может разместиться человек.

Носовой или кормовой торпедный отсек — самое тесное и опасное место на субмарине. Не дай бог, произойдет столкновение и торпеды сойдут со стеллажей. От удара может даже включиться система активации.

Виталий, Катя и Николай, уже одетые в гидрокостюмы, стояли у стеллажа с торпедами. Каждый держал в руках небольшой рюкзак с оружием и маленький баллончик со сжатым воздухом. Повесить все это за спину не позволял диаметр торпедных аппаратов. Снаряжение предстояло надеть уже за пределами подводной лодки.

— Удачи! — пожелал Нагибин, пожимая Саблину руку.

— К черту, товарищ контр-адмирал! — по ситуации ответил каплей.

— Счастливо оставаться. — Катя вздохнула.

— Слова при прощании — это лишнее. — Николай улыбнулся.

Нагибин сам открыл крышку торпедного аппарата.

— Первый пошел! — проговорил он с волнением в голосе.

Виталий головой вперед забрался в узкий цилиндр аппарата. Рюкзак с оружием и баллон с воздухом ему приходилось держать перед собой. Крышка захлопнулась. Саблин сжал в зубах загубник и открутил вентиль. Вода неторопливо заполняла нутро торпедного аппарата. Каплей напрягся. Сжатый воздух выбросил его в открытое море.