Читаем Контрснайпер полностью

Вот и Игорь надеялся, что остепенится она, сроднится с ролью домохозяйки. Женщина, как-никак, в его представлении. Хотя познакомились они, можно сказать, на фоне боевых действий — когда военные обменивались опытом в их СОБРе — учили друг друга всяким запрещенным приемчикам. Но боевая романтика быстро разбилась о коварный быт. Ему хотелось получить надежный тыл, а ей — того же от него. Просчитались оба. Поскольку оба, как наркоманы, нуждались в своей дозе адреналина, который на кухне и у телевизора не получить, это уж точно. Почему некоторых людей тянет на экстрим? Она знала ответ. Потому что только в экстремальных ситуациях можно проявить себя в полной мере. Узнать о себе все. На что ты способен. А человек способен на многое. Беда в том, что они с Игорем были слишком похожи. И играли на одном поле.

Теперь Игорь свой тыл нашел. В лице глупой молоденькой медсестры. Которая с радостью бросилась и в быт, и ребенка ему родила. К счастью, это случилось уже после того, как они расстались. Ира и Игорь… «Красивая пара, — говорили друзья. — Вы так друг другу подходите…» Да, он — этакий мачо, она — хрупкая девушка, нуждающаяся в сильном мужском плече. А на самом деле совсем не в сильном плече она нуждалась, и вовсе не хрупкая, разве только с виду.

Она уже заканчивала с винтовкой, когда снаружи вагончика-кухни, приставленного торцом к корпусу, послышались шаги. Ирина быстро сунула ветошь в карман передника, спрятала оружие под стол и поставила банку с ружейным маслом на полку над плитой, где в похожих банках ее предшественник Юра Уткин хранил соль и специи. Но поторопилась — поставила на самый край. В следующий же миг банка соскользнула с полки и угодила прямо в макароны. Доставать ее было уже поздно: дверь вагончика отворилась, и в кухню просунулась Асият.

— Ирина Леонидовна, я хотела воду поставить для стирки… Ой, да у вас вся плита занята!

— Да, — ответила Ирина, стараясь казаться спокойной и одновременно с тревогой прикидывая, какие невообразимые химические процессы протекают сейчас в баке. — Не развернешься тут…

— Я вот и думаю: попрошу Аслана, чтобы печку на улице сложил. А то двум хозяйкам у одной плиты не место. А ребята, когда узнали, что вы приедете, — как дети радовались. Молодые ведь, есть сильно хотят…

— Асият, давай на «ты». Мы ж почти ровесницы.

— Нет, — улыбнулась дагестанка. — Не могу я так. Уважение надо проявлять. А вы меня можете Асей называть, как все ребята зовут… Ну, я тогда попозже воды согрею.

Ирина улыбнулась в ответ.

Едва дождавшись, пока за Асият захлопнется дверь, она метнулась к плите…

Среди столпившихся у окошка раздачи бойцов царило радостное возбуждение.

— Внимание! — громко объявил Прошкин. — Сегодня в нашем ресторане вечер итальянской кухни от шеф-повара Ирины Леонидовны!

Собравшиеся дружно зааплодировали.

— А что послал Господь? — поинтересовался кто-то. — Пиццу?

— Макароны, кажется… — осторожно заметил Уткин, стоявший ближе других к окошку раздачи.

— Темнота! — презрительно хмыкнул Пончик. — Макароны — это то, что ты нам варил. А в классической итальянской кухне это называется спагетти. Или «паста».

Уткин недоверчиво осмотрел содержимое своей миски, потом осторожно понюхал.

— Спагетти? А почему они темные, Ирина Леонидовна?

— Я их с соевым соусом варила. По специальному рецепту.

— Надо же… А пахнет почему-то ружейным маслом.

— Юрик, это у тебя от ревности обоняние нарушилось, — возразил Прошкин. — Разлучили с любимой кухней и отправили на позиции…

— На, сам попробуй!

Пончик понюхал макароны и поднял на Ирину растерянный взгляд. Очередь настороженно замолчала.

Ирина не подала вида:

— Я еще трюфелей добавила. Грибы такие…

— Знаем, — подал голос кто-то, — их со свиньями ищут.

— Ирина Леонидовна, а вы лучше сварганьте нам обычный борщ, а? — предложил Игорь Данилюк, по прозвищу Человек-желудок. — Без всяких трюфелей.

— Борщ? Так ведь овощи нужны. Свежие. И мясо.

— Да вы только скажите, какие и сколько. Мы скинемся, купим и привезем.

В «ресторанном зале» появился Новиков — похоже, он учуял признаки бунта на корабле.

— Чего митингуем?

— Степаныч, надо все же с кухней что-то решать! — Юрий протянул командиру миску. — Опять макароны с тушенкой да еще с трюфелями. Это даже не паста, это ж натуральный гуталин!

— Обещали повара нормального… — поддакнул кто-то из бойцов.

— Так, тихо! — повысил голос командир. — Вы что, дома? Или в кафе? Скажите спасибо, хоть это есть. В войну вон… сапоги варили, чтоб с голоду не подохнуть. А вам тут — пожалуйте, итальянская кухня! А с хорошим соусом и подметку от сапога сожрать можно.

— Чую, скоро и до подметок дойдет… — пробурчал себе под нос Уткин и добавил что-то нецензурное.

Ирина вышла из вагончика и присела на крыльцо, чтобы не слышать мата возмущенной общественности.

— Что, не понравилась ваша кухня, Ирина Леонидовна? — Незаметно подошедшая Асият кивнула в сторону кухни. — Ругаются?

— Да ну их… Что я, виновата? На складе только макароны, греча да тушенка. Тут не до изысков!