Читаем Контрснайпер полностью

Ирина на снимке — в середине. Она тогда в индивидуальной гонке первая пришла, с отличным временем. И промах допустила только один — в стойке, на последнем рубеже. Шло формирование женской сборной по биатлону на Олимпиаду, и каждая такая победа приближала спортсменок к заветной цели.

Ей везло. За месяц до того, в Ханты-Мансийске, стала второй по общему зачету, да и в Тюмени все складывалось более чем удачно. Сразу после награждения руководитель федерации сказал, что, если послезавтра, в спринте, она придет в первой шестерке, путевка в Нагано — у нее в кармане.

Но на Олимпиаду Ирина не попала. Та спринтерская гонка стала в ее спортивной карьере последней.

До финиша оставалось меньше километра. Отстрелялась она без промахов, и теперь, судя по ее собственному времени и по результатам соперниц, которые тренеры постоянно передавали по дистанции, должна была прийти второй. Ну, как минимум, — третьей. Вполне достаточно, и можно было особо не надрываться. Но Ирину вдруг обуял азарт. Она уже видела спину шедшей впереди соперницы и решила обойти ее по виражу на спуске. И…

На языке медицины это называется «разрыв передней крестообразной связки коленного сустава». Вещь для спортсменов обыденная, и от нее, как сказал доктор Ватсонов, оперировавший Ирину в Москве, в ЦИТО, еще никто не умер и инвалидом не стал. «Так что жить будешь, Ирина Леонидовна, и даже на лыжах через пару месяцев сможешь кататься в свое удовольствие. Но о большом спорте — увы! — придется забыть». Да… Победителем областных соревнований она, конечно, стать еще сможет, но… не более. Нагрузку «сборника» с такой травмой не потянуть. Исключено категорически. Точка без запятой.

А чуть позже тот же доктор привел к ней в палату незнакомого мужчину — лет сорока пяти, но уже совсем седого. Ирина сначала подумала, что пришли на тренерскую агитировать, и, когда визитер представился и показал служебное удостоверение, страшно удивилась. А сделанное им предложение и вовсе застало врасплох. Потом были долгие дни раздумий, собеседований. Наконец она приняла решение… Пожалела ли она об этом потом? Она об этом не думала. В конце концов, это был для нее оптимальный вариант — найти применение всему тому, чему она посвятила столько времени и сил.

От созерцания фото оторвал звонок мобильника.

— Ир, привет! — ударил в ухо бархатный баритон оперативника Лешки Быкова. — Собралась уже?

— Собираюсь.

— А-а-а… Слушай, тут такое дело… Меня приятель на день рождения пригласил. Сегодня, в семь. Не составишь компанию? Я привезу, отвезу…

— И в качестве кого я туда пойду?

— Глупый вопрос. Ты девушка свободная, я — уже три месяца холостяк.

— Ага, и пора, стало быть, на второй круг.

— Да ладно тебе… Сколько теперь не увидимся?

— Риторический вопрос, Лёша. Ты же в курсе…

— Да, конечно… — погрустнел голос в трубке. — Но все равно, возвращайся скорее. У тебя когда поезд?

— Утром, в семь сорок пять.

— Так, может, на вокзал подбросить? До службы успею.

— От меня до вокзала пешком пятнадцать минут.

— А багаж?

— Хорошо, — сдалась Ирина. — Тогда в семь жду.

— Замётано, — повеселел Быков. — Нине Михайловне поклон. До встречи!

Ирина отложила телефон и посмотрела на рядок плюшевых зверушек, сидевших на комоде: Лиса, Лев, Кабан, Слон, Носорог, Рысь, Лось, Волк… Потом пробежала взглядом по разложенным на тахте вещам. Несколько платьев, пара блузок, юбка, спортивный костюм, нижнее белье… Вроде ничего не забыла. Да, и самое главное…

Оглянувшись на дверь, она нагнулась и извлекла из-под тахты длинную коробку с этикеткой «Спагетти». Но в этот момент послышались шаги в прихожей, и она едва успела затолкать ее обратно.

В комнату вошла мать, поставила на пол пустой чемодан и присела в кресло.

— Вот, протерла.

— Спасибо, мам.

— Прости, если тебе это надоедает, но… Я ведь — как мама Юрия Деточкина. Та не понимала, какие могут быть командировки у страхового агента, а я не понимаю, какие могут быть командировки у инспектора вещевой службы. Может, просветишь?

— Я уже говорила: обычные курсы повышения квалификации. Новую систему отчетности будем изучать.

— Ты уже столько раз повышала квалификацию, что тебя впору назначать министром внутренних дел. А другим в вашем СОБРе квалификацию повышать не надо?

— Другие тоже ездят.

— И тоже обманывают своих матерей?.. Да что я такого сказала? — отреагировала она на странный взгляд дочери. — Но интересно, зачем тебе на курсах повышения квалификации памперсы для взрослых?

Нина Михайловна кивнула на лежавшую среди прочих вещей упаковку с надписью «Hartmann».

— Мам, это не моё… У… У Толи Репина жена бизнесом занимается. Узнала, что я в Москву еду, и… — Ирина перехватила недоверчивый взгляд матери, запнулась и опустила глаза. — Просила передать своим партнерам образцы…

Нина Михайловна грустно улыбнулась:

— Я не осуждаю тебя. Понимаю, ты заботишься обо мне. Только знай: если на этих твоих… курсах… с тобой что-то случится, я не переживу. У меня ведь больше никого. Думала, хоть внуки будут, так откуда им взяться, если даже Игорь с тобой жить не смог…

— Мама, ну зачем ты снова?..