Читаем Контора Кука полностью

Паша помнил, что всё это он слышал на стройке нового магазина, отец и его компаньон Харитонов стояли там, глядя, как рабочие медленно распаковывают и носят какие-то доски, и ощущение было такое, что не время сейчас это делать, вообще что-то строить… и было странно, мягко говоря, вспоминать… как они выбирали, куда поехать в Москве «в первую голову»…

Ночью Паше примерно тогда же — где-то между вторым и третьим взрывами — приснились игральные автоматы, игровые, старые такие — какие были в городском парке, в ржаво-зелёном павильончике, когда Паша был совсем маленький и они играли там с отцом «в баскетбол»: под прозрачным куполом лежало белое поле, всё в глубоких лунках, как лоток для яиц, и для каждой ячейки там была своя кнопка, которую нужно было достаточно быстро нажать, чтобы мячик стремглав вылетел из ямки и полетел в сторону противника…

А если соперник тебя опережает, то мячик летит в твою сторону, не факт, конечно, что попадает в кольцо, но есть такая вероятность… а если нет, он укладывается в другую лунку, пока один из вас нажатием кнопки снова не вышвыривает его оттуда.

И вот во сне было нечто подобное, только вместо мячика была блестящая пузатая бомба, и целью было не кольцо противника, а просто не дать бомбе залежаться в твоей лунке, пусть она летит куда-то дальше, чтобы там уже реагировали другие: если у них хорошая реакция, полетит и дальше, в другую лунку, если нет, если она задержится… ну, тогда она взорвётся.

Паша вспомнил о «баскетболе», когда увидел на YouTube клип «Bastard» группы Metal on Metal: две женщины азиатского вида играли в настольный теннис лимонкой с выдернутой чекой.

За прозрачным пуленепробиваемым барьером за ними следили глаза жаждущих зрелищ, мимика которых составляла значительную часть клипа — сделанного в формате «Zeitlupe».

Последние кадры — фонтан крови, заливающей не лица зрителей, как кажется в первое из последних мгновений, а заградительное стекло…

И потом ещё раз вспомнил — уже всё это вместе: и «баскетбол» с бомбой из детского сна, и пинг-понг с гранатой из музыкального видео, когда прочёл о проекте мюнхенского литературного дома — совместно, силами десяти, что ли, писателей, пишущемся в режиме online романе о Мюнхене, над которым построили прозрачный колпак, причём так давно, что жители «Города с сердцем» об этом забыли, пока колпак над ними не начал протекать, а тогда понадобилось послать гонцов из будущего (Мюнхен под колпаком был в 2111 году) — в прошлое, то есть как раз в «наше с вами настоящее», потому что материал колпака был создан здесь и сведения о его составе были только в «патентамте» (прочитав это, Паша подумал: «Уж не Ширин ли это там развлекается? Но вряд ли, я ещё могу себе представить, что он подписался бы немецким автором… но сразу двадцатью? Которые не только названы, кстати, но есть их фотографии, библиографии… нет-нет, на такую мистификацию старик всё же не способен… да и на подобный бред, кстати…»). Почитав немного растущий на глазах читателей «соборный роман», как он его про себя назвал, Паша понял, что это тяжёлый случай. И он бы об этом сразу забыл, мало ли спама в сети… если бы не вспомнил прозрачный же колпак над белым с глубокими лунками игровым полем… а потом ещё этот садистский клип, манежи-арены, железо по стеклу, Metal on Metal и пр.

Всё это было… сиречь проносилось в голове персонажа, гораздо позже, чем первый осмотр квартиры, в которой он всё ещё живёт, кстати…

Но, в отличие от первых месяцев, теперь довольно часто нажимает на кнопку «М», открывает дверь молла своим собственным ключом и каждый раз замирает после этого на несколько секунд, глядя на разом открывающийся за дверью воистину параллельный мир.

Собственно, ради этого ощущения он туда поначалу и заглядывал…

Иногда ещё фантазировал при этом — как он обманет автоматику (лифт до открытия и после закрытия молла просто не останавливался на этом этаже — сколько ни жми на кнопку «М»), проникнет в ночной молл и там погуляет среди фиолетовых манекенов, развернув фольгу, раскурит с ними пару шариков гашиша… После чего он закрывал дверь, возвращался к лифту и ехал дальше вверх или вниз.

Так было и в то утро, в котором мы его чуть не забыли — на балконе, потягивающегося и произносящего несколько раз, как мантру, вслух, парафраз, который и напомнил ему, собственно, о существовании «вытесненного» из сознания центра… куда он сразу же после этого впервые занырнул …