Читаем Конспирология полностью

Несмотря на то, что в своей чистейшей форме идеология Волшебной Материи появилась совсем недавно, — истинный и откровенный доктринальный материлизм довольно молод (2–3 столетия), — “пантеистическая” тенденция существовала и раньше как некая скрытая внутри религиозного мировоззрения сущностно антирелигиозная реальность. Но до поры до времени материализм присутствовал в рамках этого мировоззрения лишь косвенно, в виде “пантеистической”, “космистской” экзегетики Религии — как абсолютная противоположность полярно-райской гностической и чисто инициатической экзегетике. Так, одна и та же христианская традиция может стать базой для исторического христианского гностицизма (вплоть до средневековых катаров), для канонического иудео-христианства (“Творец-Творение”) и, наконец, для откровенного космизма нео-спиритуалистских учений Н.Федорова или Т. де Шардена, где за номинальным обращением к христианским символам стоит чисто атеистический, эволюционистский пантеизм. Однако то, что у Федорова и де Шардена выражено однозначно и ясно, у других псевдо-религиозных мыслителей может быть завуалировано. Но в любом случае, как бы то ни было, уже с самого начала распространения Христианства (а до него это имело место и в буддизме, который стал излюбленной доктриной для восточных пантеистов) делались попытки отдельными теологами переинтерпретировать религию в пантеистическом духе. В Христианстве при этом акцент падал на человечность Воплощенного Слова и, соответственно, на новую сакрализацию всего материального мира после Воплощения, несмотря на всю нелепость идеи о подобной “новой тотальной сакрализации”, опровергаемой и всем содержанием Евангелий и посланиями Апостолов, где ясно говорится о “мире, лежащем во зле” и о новом сакральном космосе, грядущем не после Первого, но после Второго (!) Пришествия Христа. И если действительно можно говорить (как это делают некоторые авторы, в частности, Н. Бердяев), о некоторой преемственности русского коммунизма по отношению к Русскому Православию, то это может относиться только к “космистскому”, “пантеистическому”, “волшебно-материальному” Христианству, полностью отбросившему сущностную догматику и в эзотерическом (Рай-Полюс) и в экзотерическом (Творец-Творение) ее измерениях, и разработавшему особый тип материалистического и, в конечном итоге, атеистического мировоззрения, не имеющего к поддинному Христианству вообще ни малейшего отношения.

Такой же космизм есть и в буддизме Малой Колесницы, Хинаяне, где подчеркивается зеркальная и составная природа субъекта (как временного сгустка космических энергий, “дхарм”), который не обладает никакой духовной самостоятельностью (даже статусом субъекта — изгнанника). И именно эта ветвь буддизма может быть названа “мистическим атеизмом”. Однако в буддизме Ханаяны, в отличие от полноценной и законченной идеологии “Волшебная Материя”, отсутствует эволюционизм, обязательный для ортодоксального космизма, и это делает его несколько отличным от остальных типологически близких мировоззренческих форм.

Еще в одном мистическом учении крайне развит космистский аспект — этим учением является европейское масонство. Масонские доктрины, генетически восходящие к западным формам гностицизма, то есть к полярно-райской идеологии, на определенном историческом этапе были перетолкованы на космистский лад, подверглись атеизации и материализации. Масонское мировоззрение оказало огромное влияние на европейское сознание в целом, хотя, как правило, оно было более скрытым и подспудным, нежели прямое влияние Христианства. Постепенно в ХVIII-ом веке и особенно в ХIХ-ом веках масонство резко изменило свои духовные и идеологические ориентиры, и, сохраняя некоторые внешние атрибуты, полностью поменяло свое содержание на противоположное. С этого-то момента эволюционизм и пантеизм, материализм и космизм стали играть чрезвычайно важную роль в западной культуре и науке. Тот факт, что почти все видные деятели этой культуры и науки были членами масонских лож, обычно либо вообще упускается из виду, либо рассматривается как простая формальность, дань моде. На самом же деле масонство обладает фундаментальной доктриной, соответствующей особому типу религиозного сознания, которая не может не формировать специфическую позицию масонов. И многие культурные и научные события на Западе ХVII-го, ХVIII-го и ХIХ — го веков имели свои однозначные корреляты в модификациях масонских доктрин и статусов либо в отдельных ветвях масонерии, либо в масонстве в целом. Как бы то ни было, атеизация масонских статусов мгновенно повлекла за собой распространение европейского “ученого” космизма и эволюционизма — как в сугубо методологической, научной сфере, так и в форме нео-оккультных пантеистических по сути движений (теософия, оккультизм, нео-спиритуализм и т. д.).