Читаем Конспирология полностью

Предшественниками Жана Робена были Луи Повельс, Жак Бержье, Рене Алло, Жан Мари Анжебер, о. Мартен и т. д. (заметим, что все они были либо друзьями, либо знакомыми самого Робена). Бержье и Повельс в своей сенсационной книге «Утро магов» вскрыли эзотерическую подоплеку национал-социализма, высветили за внешним фасадом политической идеологии такие фигуры, как теоретик «Доктрины Мирового Льда» Хорбигер, отец геополитики Хаусхофер, основатель «общества Туле» барон фон Зебботендорф, идеолог нео-катаризма Отто Ран и др. Все это заставило многочисленных исследователей заняться поисками оккультных корней нацистской идеологии. Рене Алло в своей книге «Гитлер и тайные общества» подробно описал историю создания «Общества Туле», затронул эсхатологические аспекты нацизма. Именно Алло, будучи профессиональным исследователем символизма и «герметиком», впервые указал на символизм Зеленого Цвета в так называемом «эзотерическом гитлеризме». Он связал этот символизм с Цветом Ислама, и в его концепциях определенную роль играл даже зеленый цвет любимой чернильной ручки Гиммлера, главы Черного Ордена. Анжебер специально расследовал деятельность Отто Рана, и предположил, что поиски Грааля этого путешественника и писателя в Пиренеях увенчались успехом, и что Святой Грааль был перенесен в Германию, в ставку Гитлера, а позднее сокрыт на одном из альпийских ледников, который должен растаять в 1992 году. (При этом он ссылался на полубиографические исторические романы бывшего члена европейского Ваффен-СС французского писателя Сэн-Лу). И наконец, о. Мартен. Это псевдоним неизвестного автора, которого некоторые считают вообще несуществующим, хотя другие (среди них сам Жан Робен) и утверждают, будто лично с ним знакомы. Он стал известен своими «разоблачениями» оккультного неонацизма, создавшего базы для испытания секретного метеорологического оружия на канадском озере Гессер и поддерживающего связь с тайной антарктической станцией, где новый Фюрер, известный под именем Зигфрид, готовится захватить в свои руки бразды мирового господства. Согласно о. Мартену, для борьбы с этим тайным Черным Орденом генерал де Голль создал свой собственный контр-Орден, «45 тайных компаньонов». Один их этих тайных компаньонов — канадец Ла Букен — и стал основным действующим лицом в разгроме тайной лаборатории на озере Гессер. Среди идеологических ориентиров контр-Ордена, основанного де Голлем, о. Мартен упоминает довольно странное и неожиданное сочетание имен — Рене Генон, Тейяр де Шарден и Мао Дзе Дун. (Любопытно отметить, что воззрения Генона являют собой нечто прямо противоположное и радикально отрицающее все основные постулаты как Тейяра де Шардена, так и Мао Дзе Дуна, поскольку Генон был абсолютным противником как всех форм эволюционизма, так и всех форм коммунизма и материализма). Всех этих авторов можно назвать прелюдией к Робену, синтезировавшему их взгляды и интуиции в довольно цельную картину.

Для Робена существует несколько априорных утверждений, которые и предопределяют его концепцию. Почти все они свойственны также его предшественникам. Во-первых, Робен признает традиционалистское видение истории как процесса нисхождения, инволюции, отдаления от Принципа, от Первопричины. Он также принимает тезис Генона о контринициации как движущей силе Истории и признает центральную роль «сатанинских» обществ, Ордена Сета (так он называет главную оккультную организацию «сатанистов») в процессе упадка человечества. Но дальше он делает несколько чисто волюнтаристических утверждений. — Он отождествляет иудаизм с центральной мировой силой, которая на протяжении всей истории являлась и продолжает являться носительницей теологического Блага. Евреи для Робена суть концентрация всех подлинно инициатических и спасительных доктрин. И обратно, юдофобы в его глазах — это люди в той или иной степени подверженные «сатанинскому» воздействию инициации. Соответственно этой «иудейской» поправке, вся проработанная версия оккультной подоплеки всемирной истории становится весьма своеобразной.

В принципе, у Робена можно встретить все основные тезисы «юдофильской» версии традиционализма, другим ярким представителем которой является знаменитый масон-традиционалист Жан Турньяк. Надо заметить, что постгеноновская конспирология отнюдь не обязательно совпадает с линией Жана Робена, и одни и те же намеки, сделанные Геноном, трактуются совершенно противоположно в зависимости от того, идет ли речь о «юдофильских» или «юдофобских» генонистах, и надо признать, что эти последние ничуть не менее убедительны, чем первые — ведь были же какие-то основания у Луи Повельса произнести свою знаменитую формулу: «Фашизм = генонизм + танковые дивизии».