Немецкое слово «Endkampf» ("Финальная Битва", "Битва Конца") прекрасно выражает сущность современной планетарной ситуации. Эсхатологические мотивы, мотивы Конца Времен, пронизывают не только религиозные и мистические движения, но и непосредственную политику, экономику, повседневную жизнь. В Израиле, начиная с 1962 года правоверные иудеи живут в особом "конечном Времени", во "времени Мессии". США стремятся установить на планете особый Новый Мировой Порядок. Европейский мондиалист Жак Аттали проповедует наступление последней фазы особого Торгового Строя. Исламские народы (особенно шииты) ожидают в скором будущем прихода Махди, скрытого Имама. Индуисты уверены в скором окончании Кали-юги, Темного Века. Возрождается расистский эсхатологизм мирового национал-социалистического движения. В христианских общинах все больше появляется пророчеств о Последнем Папе (Flos Florum) у католиков и о Последнем Патриархе у православных. Ламаисты уверены, что современный Далай-лама — последний. Китай застыл в мистическом ожидании. Советский коммунизм пал внезапно и неожиданно. Все эти знаки говорят нам о начале Endkampf, о начале Последней Битвы. И в эсхатологическом контексте даже слова большевистской песни "Это есть наш последний и решительный бой" звучат как тревожное откровение, как намек на планетарный Endkampf.

Орден и «наши»

Термин «наши» в глобальном геополитическом контексте использовался не часто. Выдающийся немецкий геополитик и юрист Карл Шмидт настаивал на необходимости введения понятия «наши» для выяснения геополитического самоопределения нации, государства или этнического блока. «Наши» стали сегодня в русской Империи евразийским концептом, куда включаются не только русские или славяне, но и татары, тюрки, финно-угры и т. д., осознающие свою генетическую связь с имперским пространством и имперской идеей. На практике «наши» — это суммарное определение коренных евразийцев, имперских автохтонов, хозяев, по праву культуры и рождения, великих земель. Показательно, что атлантисты в России этим словом не пользуются (это логично, здесь они среди «ненаших», чужих; для них их собственные «наши» живут за пределом континента, на далеком и зловещем "Острове"). Но для Жана Парвулеско, который также сделал из этого термина фундаментальный геополитический и конспирологический концепт, понятие «наши» — еще более всеобъемлющее. Жан Парвулеско отождествляет понятие «наши» со всей сетью сторонников Великого Континентального Блока — от Японии до Бельгии, от Китая до Франции, от Индии до Испании, от Ирана до Германии, от России до Италии. «Наши» для Парвулеско — это синоним самого Евразийского Ордена со всеми его ответвлениями и группами, находящимися сознательно или нет, явно или тайно, в зоне его геополитического, мистического и метафизического влияния. «Наши» — это единый невидимый эсхатологический фронт Континента, Фронт Суши, Фронт Абсолютного Востока, западной провинцией которого является сама Европа, «наша» Европа, Европа, противостоящая «Западу», Европа Традиции, Почвы, Духа. «Наши» — это и православные, и мусульмане, и индуисты, и даосы и ламаисты, и язычники, и агностики, и мистики… Но лишь те из них, которые преданы Континенту Востока, его таинственной и неизведанной Судьбе. Парвулеско говорит о "параллельной Франции", "параллельной Румынии", "параллельной Германии", "параллельной России", "параллельном Китае" и т. д., как о духовной эссенции, как о невидимом духовном измерении реальных стран, соединенных в таинственной инстанции в единую "параллельную Евразию", "Евразию Чистого Духа". «Наши» — это воины "параллельной Евразии", герои Абсолютного Востока, причем все они служат по оккультной логике "пророческой спирали" Единой Идее, Единой Цели, Единому Скрытому Принципу. Однажды немецкий консервативный революционер, националист, русофил и евразиец Артур Мюллер ван ден Брук сказал, перефразируя Хомякова ("Церковь Едина"): "Есть только один Райх (одно Царство), так же, как есть только одна Церковь". Это — Райх «наших», Церковь «наших», это — «наше» Царство и «наша» Церковь.

Час Евразии