Читаем Конкурс убийц полностью

Ему приходилось и раньше пару раз участвовать в пресс-конференциях после громких и резонансных расследований и отвечать на вопросы. Но делал он это только под давлением начальства. Теперь же предстоящее мероприятие напоминало ему добровольную сдачу под арест.

— Лев Иванович, — словно издалека донесся до Гурова голос Ирины Яковлевны, — заходите, будем начинать.

«Никто тебя тогда за язык не дергал, — с досадой подумал Лев Иванович. — Сам вызвался отвечать на вопросы писателей после окончания следствия. Вот и терпи теперь».

Он тяжело вздохнул и обреченно направился в зал.

На небольшом подиуме стоял столик и пара стульев, на которые и сели Гуров с Крячко. Реус, взявшая на себя роль ведущей, громко и требовательно попросила тишины, и в зале словно по команде замолкли все голоса.

— Телефоны прошу отключить, — категоричным тоном потребовала Ирина Яковлевна. — Правила вы все знаете. Хотите задать вопрос — поднимаете руку. Я называю фамилию, и только после этого встаете и спрашиваете. Выкрики с места засчитываться не будут. А кто будет слишком часто кричать, выйдет из зала. Всем все понятно?

— Понятно, давайте начинать, — крикнул кто-то из середины зала.

— Все вопросы потом. Сначала давайте послушаем, что нам скажут… Расскажут наши гости. Представлять их не нужно. Вы уже их и так знаете.

Лев Иванович посмотрел на Станислава. Они сразу же договорились, что рассказывать о ходе следствия будет Крячко, а на вопросы отвечать — Гуров.

— Все вы знаете, что случилось неделю назад. Утром в отель были вызваны «Скорая помощь» и полиция. Их вызвал дежурный администратор гостиницы по просьбе Ольги Михайловны Кирьяновой, — начал свою речь Станислав.

Говорил он спокойно и ровно, как по бумажке. И Лев Иванович заметил про себя, что он так ладно говорить бы не смог.

— Утром, примерно от без четверти пять и до половины шестого, в триста третьем номере был убит Кирьянов Евгений Петрович. И первоначально следствие подозревало в убийстве его супругу — Ольгу Михайловну. Подозрения были сделаны на основании того, что в сумочке женщины был обнаружен пистолет…

Станислав взял стакан с водой со столика и сделал глоток.

— Но позднее экспертиза показала, что хотя Евгений Петрович и был застрелен именно из этого пистолета, но отпечатков пальцев и других следов, указывающих на то, что убила его жена, не нашлось. Зато было определено, что именно из этого оружия тринадцать лет назад был убит другой писатель — Леонидов Владислав Владленович.

— Я знал Леонидова, — выкрикнул кто-то из последних рядов. — Хороший был писатель.

Реус нахмурилась и, выхватив в зале глазами крикуна, погрозила тому пальцем.

— М-да. — Станислав, улыбнулся и продолжил: — Чтобы выяснить, каким образом, кроме оружия, связаны эти два убийства, мы со Львом Ивановичем выезжали в Москву. Ну, вы это и так уже знаете, — махнул он рукой в зал, и многие из присутствующих закивали в знак согласия. — В ходе следствия было установлено, что Ольга Михайловна когда-то была замужем за Леонидовым. Они прожили вместе около тринадцати лет. Но за десять месяцев до убийства писателя они развелись.

— И причиной тому был Евгений Петрович, — снова кто-то выкрикнул из зала, но на него никто в этот раз не обратил внимания.

— Да, именно так, — подтвердил Крячко. — И не надо быть великим детективом, чтобы вычислить этот факт. Достаточно просто знать, с какого времени Ольга Михайловна замужем за Кирьяновым, — снова улыбнулся Станислав. — Но кто-то из вас знал, что Ольга Михайловна усыновила в свое время сына Леонидова — Александра?

Все молчали, и Крячко продолжил:

— На момент смерти, а вернее, убийства отца, Александру было около четырнадцати лет. Его биологическая мать оставила его Леонидову, когда Саше было около года, и уехала за границу, в Германию. Она развелась с отцом Александра и вышла замуж за немца, сменив фамилию на Шнайдер. Когда Ольга Михайловна вышла замуж за Владислава Владленовича, то она сразу же усыновила Сашу и воспитывала его как родная мать.

— Ольга — замечательная женщина и добрейшей души человек! — выкрикнула из зала какая-то дама. Гуров успел заметить, что это была Марьяна Степановна Скорикова, и невольно улыбнулся.

«Интересно, что бы она сказала, если бы узнала, что Ольга из года в год награждалась за лучший рассказ и печаталась под фамилией Дробышева?» — подумал он.

— Я не буду подробно останавливаться на ходе расследования по факту убийства Леонидова. Оно все еще продолжается, и мы не имеем права разглашать подробности. Как, впрочем, и подробности по убийству Кирьянова Евгения Петровича, — заметил Крячко. — Расскажу только то, что можно рассказать на данном этапе следствия.

— Но уголовное дело ведь уже возбуждено и убийца найден? — снова кто-то не вытерпел и выкрикнул с места.

Реус на этот раз не стала высматривать крикуна. По всей видимости, этот вопрос волновал и ее.