Читаем Конкурс убийц полностью

— Сегодняшний успешный писатель — это не романист. Над хорошим и серьезным романом нужно много и долго работать. Сегодня же в ходу нечто более легкое. Если писатель хочет, чтобы его заметили и читали, он должен выпускать то, что будет легко и интересно читаться. Рынок сегодня наводнили такие направления, как фэнтези, триллеры, фантастика и детективы. Вы ведь понимаете, что эта литература — это не совсем… ну, скажем, не роман «Хождение по мукам» или «Тихий дон», над которыми писатели работали годами. Конечно, и среди них есть шедевры, но все же они создаются куда как легче, чем эпохальные романы.

— Понимаю, — кивнул Лев Иванович.

— Вот, — откликнулась Ольга. — И чтобы выбиться в настоящие писатели, произведения которых критики, а не только читатели, воспринимают серьезно, нужен другой подход и к написанию, и к продвижению своего творения. И выйти на высокий литературный уровень можно, только если создашь оригинальный и профессиональный в смысле литературного построения сюжет, лучше всего роман или серию повестей. Ну, и хорошо, если у тебя есть, кому продвинуть эту книгу — хорошая реклама, плюс редактура и популярное издательство.

— Вы хотите сказать, что Леонидов хотел попробовать сам написать нечто похожее на ваш роман и выйти с ним на литературный Парнас, так сказать?

— Да. Скорее всего, именно так. После того как он решил на время уйти от научного проекта и стать достойным внимания писателем, ему с его гордыней было бы сложно вернуться обратно на свое рабочее место, потерпев фиаско. Я точно знаю, что он после моего ухода пытался договориться с одним крупным издательством, которое заказало ему роман. Вот только я не знаю, на какую тему. Если честно, после того как мне не удалось уговорить его отдать мне Сашу, я практически не общалась с ним.

— А с сыном?

Ольга болезненно поморщилась. По всей видимости, этот вопрос напомнил ей о прошлом куда сильнее, чем расспросы об ее отношениях с бывшим мужем.

— С Сашей я пыталась наладить отношения, — нехотя ответила она. — Но он… Он очень на меня был обижен и не хотел со мной даже встречаться, а не то что жить под общей крышей со мной и моим вторым мужем. Но я все равно пыталась его уговорить. Я приходила к нему на праздники и на день его рождения, приносила подарки, звонила ему…

Она помолчала, справляясь с эмоциями, и продолжила через некоторое время:

— Леонидов, после того как узнал, что рукопись у него пропала, и думая, что это я украла ее, и вовсе настроил Сашу против меня. Он запретил ему со мной видеться, старался отправить Сашу на каникулах то в лагерь, то в какой-нибудь санаторий, и не говорил мне, где он. Я подавала в суд, но он игнорировал все судебные предписания. Таким образом он наказывал меня.

— Говорят, что Евгений Петрович тоже был против того, чтобы Саша жил с вами, — вспомнил Лев Иванович слова Светланы Гордиенко.

— Поначалу Женя не был против, — покачала головой Ольга. — Но потом произошел один случай… Это было уже после смерти Владислава. Саша был у нас и повел себя очень некрасиво по отношению и ко мне, и к Евгению Петровичу. Я не буду рассказывать неприятные для меня подробности. Но после этого случая Женя категорически отказался от мысли, что Саша мог бы жить с нами. С тех пор я пыталась не бередить рану и старалась как можно меньше встречаться с Сашей. Тем более что он и сам избегал меня.

— Понятно. А когда вы видели Александра в последний раз?

— Давно. Очень давно, — вздохнула Ольга. — Если честно, то после того, как его определили в интернат, я о нем почти ничего не знаю. Как-то все закрутилось…

Кирьянова снова опустила голову и закусила губу, впав в задумчивость.

— Но вы ведь столько лет его воспитывали, — никак не мог понять отношение Ольги к усыновленному ею ребенку Гуров. — Неужели не было никакого желания хотя бы узнать, как он устроил свою жизнь?

— Я узнавала, — тихо ответила Ольга. — Нашла его страничку в интернете. Он тогда еще в колледже учился. Я даже написала ему. Но он не ответил. А потом, примерно через год, я узнала, что его нашла его настоящая мать и… И я решила, что теперь он меня и вовсе не захочет видеть.

— Так вы не знали, значит, что Александр сейчас живет в Анапе и работает в этом отеле охранником? — Лев Иванович внимательно следил за реакцией Ольги.

Эта новость просто ошеломила ее.

— Саша?! Тут, в отеле, охранником?! — удивление в глазах Ольги было неподдельным. — Но как? Где? — Она оглянулась растерянно, словно ее сын мог находиться здесь, в этой комнате, и перевела растерянный и вопросительный взгляд на Льва Ивановича.

И тогда Гуров понял, что Кирьянова и на самом деле не знала, что ее пасынок работал в «Фантазии».

— Он работает в отеле уже три года, — ответил Гуров на ее немой вопрос. — Сменил фамилию. Теперь он не Леонидов, а Терентьев. Это девичья фамилия его биологической матери.

— Я не знала… — все так же растерянно ответила Ольга и пояснила: — Не знала, что у Ирины фамилия Терентьева. Владислав мне никогда о ней не рассказывал. Только имя я и знала. Но как? Почему я ни разу его не видела, почему он не подошел ко мне?