Читаем Конкурс полностью

Директор. Жаль! Евреи чрезвычайно хороши, когда надо кого-нибудь вычеркнуть. Я помню, у нас какой случай был. Одно место и 50 кандидатов. Бились, бились, 48 кое-как вычеркнули. Остается двое. Ни одному нельзя отдать предпочтенья: Не на колени же их друг к другу сажать по переменкам. Вдруг открытие: один из них еврей! Вы знаете, я чуть-чуть «ура» в честь этого еврея не крикнул. Всегда я об этом еврее с благодарностью вспоминаю. Спасибо ему, вывел нас из затруднительного положения: вычеркнули! Однако сколько же там остается?

Секретарь. Сто десять!

Директор. Все-таки сто десять! Нет ли между ними хоть некрасивых?

1-й профессор. Но что ж это за резон?

Директор (умоляюще). Какой там резон? Хоть подобие-то резона подайте! И то славу богу. Наше ведомство всегда славилось представительностью своих инженеров. Мы не только учимся, мы балы даем! К нам на балы лучшие дамы Петербурга съезжаются. Мы не можем! Господа, экзаменуя, вы не заметили каких-нибудь особенно непривлекательных субъектов?

2-й профессор. Не обращали на это внимания. Да и народ все такой видный! У одного только заметил нос пуговицей.

Директор. Вон человека с носом пуговицей! 109! Г. секретарь, вы человек со вкусом. Вы принимали прошения, должны были заметить. Оставьте только таких, кто повиднее!

Секретарь (почеркав). Остается 75. Народ видный. 51 блондин и 24 брюнета.

Директор. Вон брюнетов. Не надо брюнетов. Пусть будут только блондины! Это хоть оригинально. «Светлое ведомство».

Секретарь. Все-таки 51. И все народ молодец к молодцу! Особенно вот этот. Прямо красавец!

Директор (обрадовавшись). Красавец? Вон красавца! Что это, на самом деле? Зачем нам красавец? У нас высшее учебное заведение, а не оперетка. Мы не можем принимать человека только потому, что он красавец. Красавец – вон!

Секретарь (закрывая журнал). Пятьдесят мест и пятьдесят принято!

Директор (утирая пот). Фу-у!.. То есть, я вам скажу, с тех пор как я из Парижа все женины покупки в одно купе должен был укладывать, никогда еще так не уставал!