Читаем Конкистадоры полностью

— Ерунда! Мелкие княжества только едят за счет своих крестьян. Бароны полностью зависят от сильных мира сего.

— Вы это понимаете, но конкистадоры не хотят никого слушать.

— Заставим, и очень быстро.

— Вы собираетесь начать войну?

— Зачем? Нет, мы не собираемся воевать, просто перекроем кислород.

— Какой кислород?

— Это образное выражение. Слушайте мой приказ. В торговых операциях конкистадорам не отказывать. Предлагаемые товары забирать и отдавать мне, ваша доля — двадцать пять процентов.

— Другими словами, «перекрыть кислород» — это торговая блокада?

— Не совсем так, но общий смысл вы поняли.

— Конкистадоры могут с нами расправиться, просто убить. Это бандиты и бывшие солдаты, очень жестокие люди.

— От вас требуется только написать официальную жалобу. Угрожающий вам насилием будет немедленно отправлен в Московию.

— Или повешен, — добавил Вова. — Четверть его имущества перейдет обиженной стороне.

Перспектива безнаказанно ограбить свою клиентуру заметно подняла настроение торговцев. Распрощавшись с губернатором, они отправились в Торговый дом Дагера.

Закончив раскланиваться с местной бизнес-элитой, братья долго и внимательно смотрели друг на друга.

— Ты что-либо понимаешь в законодательстве? — спросил Саша.

— Закон, что дышло, куда хочу, туда и верчу.

— Не так.

— А как?

— Кто бы подсказал? Пошли к отцам-наставникам.

— Вдруг в России та же судебная система, что и в Англии?

— Судья и двое с палками, кто победил, тот и прав?

— Ну да, считай пол-Европы практикует такой суд. Пэры-бароны машут мечами или шпагами, простой люд — палками.

Соглашаясь на губернаторство, братья даже не представляли сути предстоящих забот. Вроде бы все просто — я начальник и всеми командую, по жизни за первые дни они самостоятельно не приняли ни одного решения. Что ни говори, а с духовными наставникам им очень повезло: отцы Филофей и Филарет помогали советом в любых вопросах. Оба монаха получили образование на Афоне, где учились в академии святого Пантелеймона. Они со степенным достоинством объяснили, что учебный центр построен при Владимире Мономахе и является крупнейшим собранием церковных рукописей и икон. Братья не стали заморачиваться вопросом о возрасте православных академий, ибо старше арабских университетов все равно ничего нет.

Рабочий кабинет наставников, куда вошли братья, был заполнен визитерами. Местные священники заняли почти все кресла, а в центре стоял Никола Сульт. Как стало понятно из окончания разговора, директор ресторанного бизнеса только что получил разрешение на открытие казино, ресторанов, кабаре и прочих заведений по добровольному отбору денег у населения. Саше и Вове оставалось поплакаться — служители культа за свое согласие получат десятину. Грабеж! За что? Довольный француз поклонился хозяевам и побежал заниматься делами. Если рядом намывают тонны золота и выкапывают десятки килограммов прекрасных изумрудов, то игорный бизнес и ночные клубы просто обязаны собирать свою долю добычи. Только при чем здесь церковь? За что надо отдавать десятину своей прибыли? А придется, таковы реалии современной жизни. Следующая тема заставила близнецов встрепенуться: Филофей и Филарет предложили испанским коллегам начать службу на испанском языке. Ни слова о канонах православной церкви, зато отцы-искусители гарантировали неприкосновенность церковных сборов. Кто-либо возразил? А то! Деньги-то не надо пересылать в Ватикан! Возвращение католиков под ортодоксальное крыло произошло в три минуты.

Епископ и священники благочестиво распрощались с Филофеем и Филаретом, осенили близнецов крестным знамением и вышли из кабинета.

— С чем пожаловали, отроки? — строго спросил отец Филофей.

— Как судить людей? — спросил Саша.

Священников на некоторое время охватила оторопь, затем оба начали багроветь, и юноши поняли, что попались.

— О «Соборном уложении» забыли? — грозно спросил отец Филарет.

— Как я могу о нем забыть, если никогда не видел? — с вызовом ответил Вова.

— Как это не видел? — растерялся священник. — Его каждый холоп знает.

— Так дайте нам этого холопа, запишем и опубликуем для местного люда.

— Берите. — Отец Филофей указал на книжный шкаф, где аккуратными рядами стояли рукописные книги.

Братья от удивления открыли рты, они как-то не интересовались багажом прибывших монахов.

— Что вас интересует? — заметив замешательство, спросил отец Филарет.

— Наказание за оскорбление словом, — ответил Саша.

— Против бояр, воевод и приказных людей — смерть без пощады, — ответил Филарет. — За бесчестье крестьянина — два рубля, гулящего человека — рубль, дворянина — до ста рублей.

Мда, двадцать пять томов древнего русского права с полной регламентацией следствия и судопроизводства, включая размер судебной пошлины, этого им никогда не осилить.

— О чем задумались, бояре? — спросил отец Филофей.

— Нужны перевод и типография, — ответил Саша.

— Для новых земель нужна не типография, а приказные люди, пишите государю челобитную.

— У вас писарь есть, пусть и пишет.

— А вам недосуг делом заняться? — снова осерчал отец Филарет.