Читаем Конкистадоры полностью

Придворная жизнь только внешне полна веселья, на самом деле это поле скрытых препон, хитроумных ловушек и подлых уловок. Когда проходили вечера в королевском дворце, все фрейлины занимали определенные места. Место Хуаны де Эррера находилось между двух колонн, где она весь вечер сидела, слушала и смотрела. Это был первый выход братьев в свет, даже первые минуты, герцогиня еще не успела представить их двору и познакомить с нужными людьми. Королева подозвала к себе донну Хуану, а Саша в этот момент возвращался из туалетной комнаты. Кто-то из недоброжелателей натер воском небольшой участок паркета из расчета, что молодая женщина обязательно на нем поскользнется. Так и случилось, фрейлина ойкнула, неловко взмахнула руками и должна была прилюдно упасть. Подобный конфуз неизбежно повлек бы за собой удаление от двора. По воле случая оказавшийся рядом Саша ловко поддержал донну Хуану, и создалась двусмысленная ситуация. Они не знакомы! По этикету он не имел права не только ее касаться, но и говорить с ней. В зале повисла мертвая тишина, если фрейлина скажет хоть одно слово возмущения, то мужчины будут просто обязаны вызвать Сашу на дуэль. И женщина не могла смолчать, моветон, от нее отвернется общество.

— Прошу меня простить! — По залу разнесся голос Саши. — Я только сегодня слез с дерева и плохо разбираюсь в нюансах этикета.

— С дерева? — растерялась донна Хуана. — Что вы там делали?

— Я там жил вместе с медведями, — невинно улыбнулся Саша.

Тишину взорвал хохот королевы.

— Донна Хуана де Эррера! Представьте мне нашего нового генерал-капитана!

Вспоминая, Элеонора снова всплакнула. А выезд на охоту! Как наездники они уступали многим придворным щеголям, зато умело подобранная одежда выгодно подчеркивала их атлетические фигуры. Еще эти странные стеки! Сейчас они в моде, особенно у женщин, а тогда все недоуменно косились. А сама охота! Аристократы собирались позлословить в узком кругу, осудить с ханжеским высокомерием чей-нибудь мелкий проступок. Здесь составлялись очередные партии по изгнанию неугодного из столицы или, наоборот, приближение нужного человека к высшему свету. А что учудили Скопины! Едва егеря выгнали на полянку стадо оленей, как оба брата рванули на рысях. Никто еще не успел осознать происходящее, как оглушительно бухнули ружья. А финал! По щекам Элеоноры опять потекли слезинки. Они умудрились поймать одного оленя и подарить донне Августине де Аргуэльс, которую избрали королевой этой охоты. Милая козочка так и живет в ее парке, сейчас стала совсем ручной.

Откинувшись на спинку кресла, герцогиня немного отдохнула, нельзя так много плакать. Затем передала служанке недочитанное письмо. Дальше шла деловая часть, это подождет, а сейчас надо разобраться с подарками. В первую очередь шкатулка из крокодиловой кожи. Какая прелесть! Владимир не забыл, что в моде по-прежнему синий цвет. Подвески с дельфинами из лазурного стекла! Изумительно! Она перебрала новые украшения, кое-что оставила себе, остальное пойдет на подарки нужным людям. Следом перед ней поставили сундучок из белоснежного дерева. Ага, мотки золотой и серебряной канители для шитья узоров. Этого у нее много, так что в сторону, на подарки. Очередной щелчок замка, шкатулка заполнена золотыми прутками и проволокой.

— Позовите ювелира, намедни он жаловался на недостаток золота.

Служанка открывала крышки, а герцогиня внимательно осматривала отрезы шелка, тафты, бархата, парчи. Прикидывала, что оставить на пошив новых платьев и белья, а что подарить. Милый Владимир, как он добр и щедр!

— Арандо, это все? — Она повернулась к мажордому.

— Нет синьора, в зале стоит картина, а в парке — две клетки с огромными ягуарами.

— Ягуары? Что это?

— Как тигры, их придется держать в специальных клетках.

— Показывай!

До огромных кошек Элеонора так и не дошла. Картина! Два всадника спиной к зрителю на фоне лазурного неба. Художник, не показывая лиц, сумел предать восторг и изумление двух благородных путешественников. Они находились в каньоне, где стены из сияющего золота. Посередине струится горная река, а вокруг на желтом песке вместо привычных камней лежат самородки. Картина излучала восторг и невероятное богатство.

— Где Кантерена? — резко спросила герцогиня.

— Сию минуту, госпожа.

Кто-то из слуг резво побежал по анфиладе комнат и залов. И вскоре послышался топот башмачков Кантерены эль Реаль, подружки и приживалки Элеоноры. Девушка застыла перед хозяйкой, но взгляд был устремлен на картину. Герцогиня усмехнулась, правильная мысль. Аристократия известна не только злословием, но и неумением хранить тайны. Более того, попытка что-то скрыть послужит причиной быстрой известности.

— Кантерена, голубушка, быстренько во дворец! Попроси ее величество о коротенькой аудиенции, мне потребуется буквально капелька времени.

Посмотрев вслед убегающей подружке, Элеонора повернулась к слугам:

— Картину аккуратно запаковать — и в мою карету Я хочу ее показать королеве.

Отдав необходимые распоряжения по поводу туалета, герцогиня вернулась в будуар и взялась за письмо.