Читаем Конфедерат полностью

- Нормальные военные хитрости и веяния прогресса, генерал Джонстон. Они наносят большой урон противнику. Ну а их непривычность... Когда-то обычный кремневый пистолет считался 'оружием нечестивцев', да и иных примеров множество. А это всего лишь оружие. Главное, против кого оно направлено и в чьих руках находится. Засевший в Вашингтоне Эйб Линкольн точно бы воспользовался чем угодно, лишь бы изгнать нас с наших земель и раздать их своим клевретам-аболиционистам. Ну а для нас бы оставил... участь немногим лучшую, чем у негров.

Я знал ненависть Борегара к Линкольну, равно как и то, что кое-кто из присутствующих её также разделяет от и до. А еще был Джексон, пока ещё не получивший прозвище 'Каменная стена'. Так что слова были сказаны к месту. И нашли отклик... у того самого бригадного генерала Джексона.

- Сам Бог велит мне сражаться против безумца, решившего разрушить дорогой для нас мир,- печально вздохнул тот. - И если для этого потребуется использовать нечто новое и необычное, Бог простит наши грехи, он милостив. Но бездействия или неполного деяния я сам себе не прощу. Пусть камни моста обрушатся под ногами нечестивцев, принесших огонь и смерть на благодатные земли Виргинии.

Это было сильно сказано. Даже генерал Джонстон был вынужден поубавить своё неодобрение. Борегар же и так был 'за', как и его единомышленники из числа прогрессивно мыслящих, не чурающихся новых веяний. Забавно вышло, что мне удалось опереться как на их поддержку, так и на Джексона, этого воистину пережитка минувшей эпохи с точки зрения психологии. Однако, результат налицо. Мост будет заминирован. Ну а, пользуясь благоприятной обстановкой, я не преминул напомнить ещё и о том, что в этом секторе есть такие штуки, как очень удобные холмы.

Удобные для чего? Для установки артиллерии. Ведь, опираясь на её поддержку, можно было неслабо так усилить позиции войск в секторе. Да и как ключевые узлы обороны будут нелишними, особенно в случае, если северянам всё-таки удастся прорвать первые оборонительные рубежи либо просто оттеснить наши войска от переправ.

Тему нужно было всего лишь удачно вбросить. Ну а дальше... процесс пошёл. Борегар умел подхватывать дельные идеи прямо на лету. Теперь он не упустит возможность построить серьезную оборону. Для того, конечно, чтобы, измотав янки, устроить тот самый обходной маневр.

Дальше вмешиваться в естественный ход совещания нужды не было. Всё необходимое сказано или вот-вот будет сказано. Мне оставалось лишь досидеть до конца, после чего... Подготовкой к минированию моста чужой дядя заниматься не будет. Придется самому контролировать процесс. Дело не самое привычное для нынешних времен. Ведь заминировать надо так, чтобы было незаметно и в то же время надёжно. Ну да ничего, справимся, думаю, что не шибко сложнее, чем заложенные в Александрии фугасы.

***

Однако, это было далеко не всё. Я думал, что просто возвращусь к своему отряду и займусь делами, но генерал Борегар думал совсем иначе. Когда совещание как таковое было закончено, ко мне подошел один из адъютантов командующего и сказал, что мне нужно задержаться и проследовать за ним в другую комнату. Там ко мне и ещё нескольким офицерам позже присоединится и сам командующий.

Интригующе. Сразу стало интересно, кого возжелал видеть командующий и по какой такой причине? Догадки у меня, само собой, имелись, но догадываться и знать - две большие разницы, как будут говорить сколько-то то лет тому вперед в одном южном портовом городе.

Проследовав за адъютантом, я оказался в комнате, где, помимо меня, уже находились трое, причем люди эти были... своеобразные. В хорошем смысле этого слова. Первый - тот самый бригадный генерал Джексон, живое воплощение фанатичной веры в бога в целом и собственную правоту в частности. Человек больших талантов и ещё большего упорства. Не зря его Каменной Стеной прозвали. Совсем не зря.

Второй... Чем-то он был похож на меня. По крайней мере в той части, что также решил не извращаться со встраиванием в существующую армейскую систему, предпочтя создать собственное подразделение и по большей части на собственные средства. В общем, прошу любить и жаловать, командир 'Легиона' Уэйд Хэмптон Третий, сын и наследник Уэйда Хэмптона Второго - самого известного плантатора Юга, владеющего огромными земельными участками и самым большим количеством рабов. Их он и получил после смерти отца пару лет назад. И немалую часть наследства он обратил в деньги, на которые и собрал свой 'Легион' из добровольцев. Разве что артиллерийскую часть он не покупал сам, да и то по причине того, что пушки бы ему никто не продал. В общем, за ним было более восьми сотен штыков - большая сила, причем верная не только Конфедерации, но и ему лично.