Читаем Конец века полностью

Мне ничего больше не оставалось, как внимательно следить за тренировками. Поначалу всё было довольно скучно. Всё те же перебрасывания коротких брёвнышек друг другу, но уже в более ускоренном темпе. Каскады кувырков и сальто вперёд, назад. Потом — с усложнением — через огонь разожжённых костров. Уронивший бревно должен был выполнить дополнительный прыжок через костёр, огонь которого поднимался на высоту около метра.

Парни справлялись играючи: было понятно, что упражнения используются для дополнительного разогрева мышц.

— Подгибка! — послышался возглас-команда со стороны Луки, также внимательно следившего за действиями отроков.

Парни отложили брёвна в сторону и начали поочерёдно друг-другу связывать верёвками руки за спиной, затем все уселись на корточки и начали двигаться по кругу гусиным шагом.

Спустя пять минут после новой команды, отроки разбились на пары и завязались…поединки? Это не было единоборство всех со всеми. Борющиеся лупили друг друга ногами, коленями, ухитряясь даже делать подсечки. Но не вставали с корточек. И всё всерьёз, в полную силу! Падали, поднимались, иногда пуская в ход плечи и даже головы.

Поначалу, казавшиеся довольно потешными, поединки, спустя всего четверть часа, когда проступила первая усталость, стали более выверенными. Борцы старались беречь силы, меняли тактику и, порой, сбив противника с ног, наваливались на него всем телом, не давая подняться, что позволяло восстановить и собственные силы, и не дать партнёру выбраться из невыгодного положения.

Спустя ещё полчаса последовала новая команда:

— Позем! — изгвазданные в земле и палой листве отроки, освободив руки, от пут и сменив партнёров, перешли к совершенно иной борьбе. Больше всего она напоминала смесь элементов из дзюдо или самбо, в основном с бросковой техникой, использованием захватов за полы одежды и даже удушений.

Кстати, какой-либо специальной спортивной формы, типа кимоно, на парнях, как, впрочем, и прошлый раз, я не заметил. Одеты отроки были полотняные рубахи в свободного покроя с подвёрнутыми рукавами и такие же штаны. Всё было явно крепко сшито. Иначе уже после первых же бросков можно было бы увидеть оторванные рукава и разошедшиеся по швам штанины. И на первый взгляд убого выглядящее одеяние всё же можно было считать подобием формы.

В отличие от одежды, обувь на отроках пестрела разнообразием: начиная от кроссовок с кедами до китайских тапочек для ушу и латаных-перелатаных старых борцовок. Один парнишка и вовсе умудрялся щеголять в сланцах. И, что характерно, не испытывал от этого ни малейшего дискомфорта.

Новая тренировка длилась также не более получаса и скорее напоминала не столько парные поединки, сколько вольную отработку нападение-защита с хаотичной сменой партнёра и использованием бросковой, толчковой и удерживающей техники.

С каждой объявленной Лукой сменой условий интерес мой просыпался всё больше. Я невольно стал прокручивать в уме некоторые наиболее эффективные приёмы. И всё же поймал себя на мысли, что что-то в происходящем мешало мне по-настоящему поверить в боевую ценность подобных занятий. Словно демонстрируемые мне поединки и тренировки отроков потешные, имитирующие, несмотря на то, что парни выкладывались по полной.

После странно не вяжущегося с первоначальным антуражем окрика «гуру»: «Рокер!», — у меня мелькнула запоздалая мысль: «Вот где бы можно было потренировать силу удара!»

После команды характер поединков между отроками стал отдалённо напоминать некоторые восточные единоборства, как их принято было представлять широкой публике. Удары наносились коленями, локтями, предплечьями, открытой ладонью с ограничением наиболее жизнеопасных зон. Да и сила ударов явно была минимальной. Хотя простыми обозначениями ударов назвать многие было сложно. Несколько раз удары заканчивались мощными толчками, сбивавшими с ног одного из партнёров. Постепенно, на фоне мелькания тел, рук и ног, я понял, что снова слышу тот самый гул, слитное гудение множества голосов.

— Свиль! — после этой команды на поляне и вовсе закрутилась настоящая карусель. Отроки выходили и один на один, и двое, и даже трое на одного. На этот раз в тренировку включился и сам Лука со своим помощником Андреем. Стало понятно, что до этого была так, разминка. И только сейчас началось настоящее действо.

Отсветы костра вместе с играми теней, отбрасываемыми стволами близко стоящих деревьев и ветвями редких кустов терновника, заставляли порой таращиться во все глаза, чтобы не упустить удивительные детали в этой странной круговерти.

Вот Лука, практически не касаясь четверых наскакивающих на него отроков, в почти танцевальном пируэте, будто идя вприсядку по широкой дуге, но без задорных звуков гармошки, раскидывает ребят, словно тяжёлый шар кегли. И они кубарем улетают в темноту за границу освещённого пространства.