Читаем Конец тьмы полностью

Авлийские близнецы переглянулись, привычно понимая друг друга с полувзгляда, и одновременно вскинули руки, шепча магические формулы. Небо стремительно затянуло пылевыми тучами, и вокруг человеческих позиций ринулся мощный Ураган. В воздух взметнулись океаны пыли, резко затрудняя дыхание и набиваясь в глаза, и все поспешили натянуть лицевые повязки. Одновременно с ураганом точно в центре лагеря пробудился обширный портал, в который без промедления устремились обороняющиеся. Лорд Хэйканор убедился в стабильности перехода и присоединился к брату, вплетая свои чары в его Ураган. Если заклятье ослабеет хоть на миг, песочники прорвутся сквозь ревущие воздушные массы. Близнецы удерживали поток ревущей стихии сколько хватало сил, прикрывая отступление войска, но вследствие накопившейся усталости Валтанора мощь Урагана пришлось снизить. Одурманенные зельем песочники почувствовали это и на четвереньках устремились сквозь бушующий воздушный шквал. Последние сотни человеческого войска вбегали в портал уже под градом стрел, и Лорд Хэйканор непрерывно бил Кольцом Огня, испепеляя прорвавшихся врагов.

– Более никого не осталось! – прокричал один из щитоносцев прикрытия, и Валтанор погрузил прилегающее к переходу пространство в Дымовую Завесу.

Последний человеческий отряд бросился в исчезнувший в дыму переход, и рёв Урагана начал стихать. Вскоре сквозь ослабевающий ветер отовсюду ринулись тысячи к’Зирдов, с яростным визгом врываясь во чрево Дымовой Завесы, но вместо Людей столкнулись друг с другом. В кромешной и едкой тьме вспыхнула сабельная схватка, но вскоре утихла, сменяясь воплями ухтанов. В двадцати милях от столь внезапно завершившегося сражения, посреди душной ночной Пустоши, человеческий полк торопливо организовывал круговую оборону. Кольцевые шеренги воинов отгораживались от ночной темноты стеной щитов, в центре лагеря множество магов устилали походные плащи прямо на потрескавшуюся глиняную поверхность и укладывались на них, мгновенно проваливаясь в сон. Возле двух из них, закутавшихся в богатые Мантии Резонанса, расшитые мерцающими синими узорами, стояли два облаченных в доспехи воина.

– Разошлите лазутчиков, Виконт, – велел один другому, стараясь говорить тихо, дабы не тревожить покой спящих вокруг чародеев. – Пусть определят, как далеко находятся к’Зирды. Не будем будить магов. Только осторожно, неприятель не должен заметить нас, эти несколько часов отдыха безгранично важны нам.

– Я пошлю самых искусных следопытов, Ваше Высочество, – столь же негромко ответствовал Вэйдин. – Они будут красться незримо и неслышно, но на полноценный отдых рассчитывать не приходится. Мы потеряли в боях более половины лошадей. Придется сближаться с противником пешим ходом, и потому начать сближение уместно заранее.

– Измотанные маги не смогут выдать полную огневую мощь, – нахмурился Зигфрид. – Это неприемлемо. Примем бой здесь! Спустя три часа укроемся мороком и организуем к’Зирдам ловушку. Будем надеяться, что хан, командующий ближайшими туменами, не успеет узнать подробности гибели своего брата. Посему возьмите всех конных воинов, Виконт, и повторите нашу провокацию. Ударьте неприятелю в тыл, затем имитируйте отступление и заманите их в нашу ловушку. Как только змеиные языки окажутся здесь, в их ряды проникнет отряд Лорда Рангвала. Нам же предстоит продержаться до рассвета.

Биение Жизни испустило поток целительных лучей, мгновенно заливая ночной сумрак мягкой белой вспышкой, и несколько тысяч окровавленных коней, едва способных сделать вдох под тяжестью надетых на них доспехов, бодро зашевелились, поднимаясь на лапы. Огромные скакуны удивленно принюхивались к ранам, затянувшимся в один миг, и неспешно трусили прочь, направляясь к созывающим их шаманам. Боевые шаманы быстро собирали коней в табуны и уводили к рубящимся вдали хозяевам. На освободившееся от скакунов поле выходили шаманы-целители и вновь начинали плести чары призыва. На их зов со стороны битвы брели, хромали и ползли другие израненные кони. При виде из последних сил ползущих животных, оставляющих за собою кровавый след, сердце Айлани замирало от сострадания, и она посылала им навстречу целительные лучи, не дожидаясь общего сбора.

– Не растрачивайся попусту! – недовольно отчитал её Трэрг, осаживая коня пред теплой сферой Биения Жизни. – Лошади живучи, выносливы и умны. Если скакун не погиб от ран сразу, то он доползет до взывающего к нему целителя. Твоя жалость лишь отнимает у тебя энергию. Вскоре она тебе понадобится вся без остатка!

– Умоляю вас, Ваше Величество, не гневайтесь на меня! – всхлипнула Айлани, покидая Биение Жизни. – Я не могу смотреть на их страдания. Это выше моих сил, моё сознание разрывается на части! Раненых свозят в лазареты недостаточно быстро, и целительные потоки доносят до меня их мучения… Из миллиона оркских ветеранов в живых осталась едва десятая часть доли, их смерти густым потоком бьются в меня, словно к’Зирдские стрелы… Позвольте мне приблизиться хотя бы к какой-нибудь стороне сражения, чтобы поддержать воинов, я не дотягиваюсь отсюда…