Читаем Конец тьмы полностью

– Поторопитесь, легат, – шаман коротким жестом прервал воина. – Ибо на стенах вскоре станет весьма некомфортно. Отводите воинов вниз и позаботьтесь о том, чтобы враги не проникли в город.

С этими словами Трэрг вступил в портал и вышел из арки посреди Башни Родбонга. Благородное строение встретило его радостным гудением мощных магических вихрей. Башня скучала в одиночестве, и возвращение Друга и Хозяина порадовало её. Судя по отпечаткам энергий, его возлюбленная несколько раз заглядывала в Башню, она искала что-то на складе лабораторных материалов, но никогда не оставалась в сооружении надолго, и пустующая Башня погружалась в сон от длительного безделья. Трэрг ласково провел рукой по каменной стене благородного строения. Более тебе скучать не придется, я принес тебе занятие, достойное защитницы столицы Королевства.

Шаман подошел к высокому стрельчатому окну и бросил взгляд вниз, в кишащую неприятельскими войсками долину. Противник ликовал, видя, как защитники Арзанны спешно покидают крепостные стены, торопливо образовывая позиции подле их подножия внутри города. Никто более не разил атакующих стрелами, не опрокидывал приставленные к стенам штурмовые лестницы и не обрушивал на головы врагов смертоносные заклятия. Фактически, город был уже захвачен – учитывая кратность перевеса в силах, победа нападающих стала лишь делом получаса. Трэрг многообещающе усмехнулся, глядя, как вражеские полки Людей вперемешку с к’Зирдскими туменами с удесятеренным усердием карабкаются на опустевшую крепостную стену. Военачальники противника не пожелали даже задуматься о причинах столь глупого маневра, предпринятого гарнизоном осажденного города. А зря. Военная мудрость гласит, что любой ход неприятеля стоит осмыслить, даже если на первый взгляд он кажется тебе бездарным. Ибо на войне бывает всякое… И всякое действительно случилось.

Могучая Башня Мага беззвучно загудела, взвинчивая резонирующие потоки до невообразимо высокого уровня, и изливающийся сквозь неё магический шквал Черного Рыцаря взвился ввысь, мгновенно возносясь на огромную высоту. Там, высоко в небесной выси, откуда Парн предстает взору огромным круглым шаром, потоки Башни остановили свой полет и свились в незримую и жадную воронку. Исполинские массы ужасающе ледяного воздуха дрогнули, теряя равновесие, и устремились внутрь её, обрушиваясь на столичную долину. Немыслимо холодный воздушный фронт в краткий миг захлестнул долину, заполняя её подобно чаше, и Трэрг подправил вибрации Башни, повелев ей следить за границами ледяной купели.

– Ваше Величество! – из его портала, едва переставляя ноги, вывалился Виконт Вэйдин. – Мы не удержим город без крепостной стены…

Он устремился к Королю, пылая надеждой убедить его отменить смертельно опасный приказ, пока ещё не стало слишком поздно, но замер, почувствовав невообразимо холодное дыхание ветра, врывающегося внутрь Башни из окон.

– Виконт, куда вы направились?! Извольте вернуться немедленно! – следом за Главнокомандующим в Башне появилась Белый Маг. – Вам нельзя двигаться! – Она решительно шагнула к Вэйдину и остановилась, почувствовав дыхание Смерти. Её глаза расширились: – Что… это… Ваше Величество, что вы сделали с долиной… – Она шагнула к одному из окон и невольно отступила назад, укрываясь коконом целительных энергий, дабы спастись от безжалостного холода, рвущегося снаружи. – Это… ужасно…

– Этот приём мне показал один Лазурный чародей в Галтании, – невозмутимо объяснил Трэрг. – Подобным способом он сдерживал многократно превосходившие его воинов силы к’Зирдов довольно длительное время. Башня захватывает потоки холодного воздуха с весьма большой высоты, изливает их на землю и постоянно охлаждает, не позволяя нагреваться. Для приемлемой эффективности местность должна быть закрытой, дабы студеные воздушные массы держались в ней, словно в озере, и не растекались повсюду. Это место не идеально, но на долину мороза хватит.

Шаман велел Башне не допускать в окна холод и осмотрел результаты своей атаки. Теплый воздух долины сменился на жуткой силы стужу за четыре удара сердца, и участь неприятельской армии была решена. На запредельном морозе кровь в венах врагов превращалась в лёд, замораживая их прямо на ходу, и заледенелые трупы с глухим стуком падали наземь, покрываясь толстым слоем инея. Стотысячная армия, заполнившая собою столичную долину, лежала на промерзшей насквозь земле, и остекленевшие глаза вражеских воинов слепо взирали в небо. Туда, откуда в полнейшем штиле на их мертвые тела медленно опускались изящные хлопья бесконечно-белых снежинок…

– Они… замерзли заживо… не успев даже закрыть глаза… – потрясенно выдохнула Айлани и отвернулась, не в силах более видеть сию ужасающую картину, – как… жестоко… и беспощадно…

– Полагаешь, уместнее было бы их сжечь? – полюбопытствовал Трэрг. – Я обдумывал это, но отказался от подобного решения. Ибо неизбежно погибла бы почва и прилегающий к долине лес.